«Знаешь, мне казалось, он полюбит меня с этими моими бабочками. Он же так помешан на них. Вот только… — она хрипло засмеялась. — Вот только он накалывает их на булавки и любуется трупами. Не похоже на любовь, да?»

Soulmate AU: если родственная душа целует не назначенного Судьбой человека, ее соулмейт начинает мучиться от физической боли в виде жжения на коже, которая покрывается рисунками разномастных цветов, и задыхаться. «Обоим был известен исход. Только вот смелости недоставало, будто им нужно было пустить Аваду в самих себя».

Гермиона втянула ртом воздух и открыла крышку унитаза, кашляя. Розовые лепестки усеяли белый ободок, и, если бы не приступ боли в грудной клетке, она наверняка бы в очередной раз поразилась. Нежно-розовый цвет, серьёзно? Он в последнюю очередь ассоциировался у неё с ним. Ей казалось, что она должна откашливать что-то вроде генлисеи — это бы идеально ему подошло. Никакой нежности.

—Кто он?—тихо спросила Помфри спустя минуту молчания —Кто он,Гермиона? Нам нужно знать чтобы твоя болезнь прогрессировала не так быстро. К сожалению,остановить её уже невозможно— —Он не станет тратить на это своё время— —Гермиона,—надавила Поппи. —Драко Малфой. Это Драко Малфой,—крикнула гриффиндорка. Мадам Помфри подняла на неё взгляд и это отпечаталось на её лице. В каждой морщинке. В тёплых глазах. Осознание. Она обречена. Никогда Драко Малфой не полюбит грязнокровку.

— Я сказал, не подходи, — слова вылетали из его рта, пропитанные ненавистью, в глазах горела ярость. Он выглядел как раненый зверь, загнанный в угол, который скорее прыгнет на штыки, чем примет помощь от других людей; как зверь, который медленно сходит с ума от боли и ненависти к миру, который так несправедлив к нему. Гермиона сделала еще один шажок к нему, заставляя попятиться и столкнуться спиной с каменной стеной. В его взгляде стоял страх, сменивший злобу. Чего ты боишься? Себя.

— Но… — Что? — Ты же ненавидела меня. — Сказал он. — По крайней мере я был тебе противен. Как так получилось, что ты влюблена в меня? — Не знаю. Просто в один момент я поняла, что не хочу враждовать с тобой. Будто я всё это время прибывала в темноте, а потом кто-то включил свет.

В твоих глазах я вижу слезы - они как почва для моих цветов.

Вот в тот вечер всё и началось. В тот вечер в её груди родился первый мотылёк, а на плечи опустился тяжёлый груз собственного секрета.