Попаданка в Сумерки, без сверхспособностей или других пряников, выживать будет только за счёт своего ума и смекалки.

Вечер воздержания пошел на смарку, когда мы с Сайлусом решили поиграть в «Правду или действие». Или все же... не на смарку?

Она боится довериться из-за своего прошлого, а он не может из-за своего настоящего. Он осторожен, а она часто совершает ошибки. Она — семнадцатилетняя школьница, он — столетний вампир. В других обстоятельствах они могли бы пройти мимо, но что-то случилось, и нити их судеб прочно переплелись. Кто первый сделает шаг навстречу?

Боль, страх, вина. Все это таится во мне, но я стараюсь жить дальше, стараюсь освоиться. Выбирая между тем, что есть сейчас, и тем, что было в прошлом, я не смогу сказать, что бы я предпочла. С одной стороны семья, а с другой — любовь и фэнтези, в которое я попала. Сложно, но стараюсь двигаться вперед, оставляя прошлое в прошлом, ведь ничего не изменить. Это история о жизни, которую мне пришлось начать сначала. История о том, как порой инстинкт самосохранения может давать сбой.

Элизабет понятия не имела, почему она переродилась старшей сестрой Изабеллы Свон. Возможно, это случилось, потому что ее уже что-то или кто-то связывал с этим миром.

У Элис Монтгомери было все. Она была красива, умна, целеустремлённа настолько, что смогла пробить себе путь даже на вершины Уолл стрит, и в свои неполные сорок лет перегрызать глотки денежным воротилам, пока они пускали слюни в ее декольте. Но в один миг все испарилось. И теперь она худосочная коротышка с отвратительной стрижкой, дикими глазами, жуткими видениями и болезненной жаждой крови посреди гребаных двадцатых. Совершенно одна.

- Я вдруг поняла, что иду куда-то не туда. Понимаешь? …У меня будто глаза открылись: я не там, где хочу быть. Это все не мое. Я будто не на своем месте. И теперь я не знаю, что делать. Мне надо подумать, переосмыслить свою жизнь что ли… Может, это какой-то экзистенциальный кризис, не знаешь? Говоря так, я совершенно точно не могла предположить, что Вселенная воспримет мои слова так буквально...

– Понятно. А её номер ты не знаешь? Джаспер лишь загадочно улыбнулся, а я нахмурилась. Эллис ведёт себя подозрительно, а он просто подозрительный. Или наоборот? А если учесть какие у них способности, то подозрительнее них только Эдвард, который всем своим видом хочет показать Белле, что он вампир и не вызвать подозрение у других людей. И ведь получается! На удивление… Открыла рот и закрыла, медленно сгибаясь и упираясь локтями в колени, одной рукой закрывая лицо. Блин. Подстава.

Зеркало под прикосновением женских пальцев пошло трещинами. Его уже не собрать заново. Как и её. Ведь теперь она не изменится ни на дюйм. Запертая в собственном теле на много десятков лет, чья плоть способна причинять лишь боль. Николь Манн было всего лишь девятнадцать лет, когда её обратили в вампира. И теперь избегает себе подобных. Спустя много лет, когда она нашла тихое и пасмурное место для жизни, спокойствие оказалось разрушено. Вы слышали новость? Каллены! Каллены! Каллены!