У Драко девять шансов найти своего соулмейта. Каждая попытка остаётся шрамом на его теле и чёрно-белым наброском в альбоме. Он рисует девушек, одну за другой, а потом сжигает портреты и достаёт новый лист. Но рано или поздно альбом закончится, и последний шрам может стоить ему жизни.

Я тихо постучала, он открыл дверь в ту же секунду. У него были мокрые волосы и лицо, рубашка расстёгнута. Драко был так привлекателен, просто безумно! Я постаралась взять себя в руки. — Прости, — виновато сказала я. — У меня тут беда… Я повернулась к нему спиной. — Расстегни, пожалуйста, не могу в нём спать. Повисла пауза. Она была слишком длинной. Я начала волноваться. Тут почувствовала, что его рука взяла застёжку и медленно потянула вниз.

— Тише, Гермиона, я не причиню тебе вреда… — Кто ты? Я знаю тебя? — Знаешь, — грустно сказал парень, — ты всегда все знаешь. — Я хочу тебя увидеть… — Нельзя. Просто чувствуй, — на выдохе произнес он и, наконец, коснулся губами ее шеи...

Один сон каждый год. Ее имя его почерком. Этого было недостаточно, ведь тоска только усиливалась.

Гермиона сидела в кресле перед слишком-мать-ее-спокойной Джинни и пыталась не разрыдаться. Она никогда не напивалась. Она ни с кем не встречалась. Она не ходила на свидания. Она не могла быть беременной. Это просто какой-то сюр. Чья-то шутка. Тупой розыгрыш. Но сканирующее заклинание от Молли Уизли только подтвердило приговор. Золотое свечение между тазовых косточек почти заставило ее упасть в обморок

Когда твоя жизнь распланирована на многие годы вперёд, каждая минута расписана, а ты придерживаешься четкого плана… Что может пойти не так? Гермиона уже почти списала свои странные ощущения на хроническую усталость и излишнее количество сливочного пива, выпитого вчера, как ее груди коснулась чья-то рука, нежно очерчивая ключицу. Мелодичный женский голос заставил оцепенеть. — Ты сегодня такой соня, это так не похоже на тебя, Драко…

— О, боги, да она же истеричка! — воскликнул Найджел, в то время как мы, как угорелые, несемся по коридору от разъяренной Гермионы. Сзади слышатся самые разнообразные ругательства в мою сторону. — Посмотрел бы я на тебя, если бы все твои свидания за последний год были бы такими же, как вчера! — пояснил я, и Найджел шокировано округляет глаза. — Теперь-то ты понимаешь, почему она зла настолько?

Даже под слоями одежды Гермиона чувствовала свою беззащитность, хотя это он — Драко Малфой — абсолютно обнаженный приближался к ней с кривой ухмылкой на лице и горящими от возбуждения глазами. И, находясь под воздействием заклятья, не могла двинуться с места. Но могла думать, видеть и злиться на себя за то, что согласилась на дурацкую игру Гарри...

— Я не влюблен, — с нажимом сказал Малфой и стукнул бы кулаком об стол, но, увы, это ему не свойственно. — Может быть, но ты на пути к этому. Так что сожми кулаки и стисни зубы — будет больно, — предупредила Панси, поймав на себе хмурый взгляд серых глаз.

Ох, зря. Зря, я туда попёрся. Вот ведь чувствовал, что что-то произойдёт. Чувствовал же! Нет же, взял и наплевал на собственные инстинкты! С этого момента, Снейп - мой самый ненавистный учитель! Или всё же...

Девушка с книгами. Девушка с шелковыми шоколадными волосами. Девушка с цветочно-мятным запахом. Девушка-наркотик. Девушка-зависимость. ... Пока мы учимся этот последний год в Хогвартсе, я получу от нее все.

- И что это за предложение, от которого я не смогу отказаться? - Гермиона облокотилась о спинку своего стула. Ей захотелось поморщиться от того, как дерево неприятно впилось в лопатки, но она сдержалась. - Простая сделка, Грейнджер, - губы Малфоя расплылись в медленной улыбке. Он словно предчувствовал свою победу. - Я решу твою проблему, а взамен ты поможешь мне...

Драко Малфой и Гермиона Грейнджер после расставания со своими вторыми половинками случайно напиваются вместе на одном рабочем торжестве. Несмотря на взаимную ненависть, вечер заканчивается их жарким сексом в одном из кабинетов Министерства. Но то, что должно было стать развлечением на одну ночь, продолжает так или иначе повторяться...

Происходило что-то из ряда вон выходящее, но ни один из них не хотел отступать первым. Их языки и губы сплелись, а тела словно слились в одно, так тесно они прижимались друг к другу. — Эм, Гермиона… - это был Уизли. И он был в шоке. Малфой с громким чмокающим звуком отпустил её нижнюю губу и оттолкнул Грейнджер, давая ей возможность вздохнуть. Она встала к стене дрожа и дыша так часто, словно бежала от стада кентавров. — Уизел, тебе придётся смириться… Героиням часто нравятся плохие мальчики.

— Высокий? Вот что, по-твоему, я должна заметить в Малфое? Его рост? Джинни изогнула бровь и многозначительно облизнула кончик пера. — Но, разве это не твоя фишка? Локхарт. Крам. МакЛагген. Рон. Единственное, что их связывает, это то, что они слишком высокие, и у меня каждый раз болит шея при виде их. Гермиона почувствовала жар в ушах, и крепче сжала книгу. — Мне не нравятся высокие мужчины. Их рост - совершенно случайное совпадение.

-Слабо жить, радоваться жизни, улыбаться. Слабо, Малфой? -Слабо прекратить играть пай-девочку и показать настоящую себя? Слабо любить меня прилюдно? Слабо, Грейнджер?

— Гермиона, — напряженно начал он, — пожалуйста, не злись на то, что я могу показаться грубым, но если я попытаюсь объяснить тебе это как-то иначе, то боюсь, что смысл моих слов ускользнет от тебя. Лицо Гермионы выражало негодование, но Драко проигнорировал это и продолжил. — Я пытаюсь соблазнить тебя, — произнес он, глядя ей прямо в глаза. Ее негодование исчезло, а рот медленно открылся попутно с расширяющимися глазами. — Я пытался соблазнить тебя на протяжении двух лет.

— Я никуда не денусь, Грейнджер, — он одарил её улыбкой, подчеркнувшей его заостренные черты лица. — Я живу в своей назначенной Визенгамотом ссылке, в назначенной Визенгамотом квартире. Это ты выбрала жизнь здесь. — Я не уйду, Малфой, — она уперла руки в бока и крепче утвердилась ногами на полу. — Посмотрим.

Их война. Враг, друг? Кто есть кто? Драко уж слишком самолюбив, он решил, что без труда победит грязнокровку Грейнджер в их личном соревновании чувств. Он не ожидал, что может быть по другому...А судьбе нравится доказывать упрямцам обратное. Кто выиграет? Или победы здесь нет? Хогвартс. Шестой год. Проблемы из книги не затронуты.

Гарри Поттер мертв. После окончания войны, чтобы укрепить свою власть, Волдеморт прибегает к программе повышения рождаемости и возрождения магического населения. У Гермионы Грейнджер есть тайна, скрытая и защищённая ее разумом, которая ставит под угрозу существование нового режима. Поэтому ее, как пленницу, отправляют к Верховному Правителю, чтобы взять под контроль и использовать в качестве суррогатной матери. Пока ее разум наконец не будет сломлен.