— мгм… а рот его этот маленький, губы тоненькие… тьфу! — стакан снова со звоном опускается на столешницу, — я тебе говорю: он в рот нормально даже взять не сможет! — в рот не сможет — это плохо, — чимин как-то грустно вздыхает.

«Придя в нашу профессию, многие атеисты становятся верующими. Потому что есть вещи, которые мы не можем объяснить. Тут неважно, христианин ты, мусульманин или иудей. Один черт, только вера, что все те ужасы, которые мы наблюдаем каждый день, совершает лишь человек, позволяет не сойти с ума». «А я, вот, не верю. Я видел страшные вещи… и мне легче признать тот факт, что Бога просто нет, чем то, что он позволил этому происходить».

Для Чонгука нет ничего прекраснее тренить до седьмого пота и дрочить на Aston Martin Vulcan в цвете кобальт. И когда он нашёл валентинку с плюшевым медведем на парте, то не бросил всё на самотёк. Хватит. В прошлом году валентинки с сердцами и зайцами приходили целую неделю, но воздыхательница после праздника так и не появилась. Теперь же Чонгук обязательно разберётся и накрутит хвоста. Ведь если нравишься, то иди и бери, а не присылай картонные сердечки.

Тэхён по праву считался первым во всём. Он был лучшим учеником, лучшим фигуристом и лучшим любовником. Девушки смущённо краснели, стоило ему бросить на них изучающий взгляд, и шептались между собой, как бы попасть к парню в постель. Коллеги по льду уважали, крепко пожимали руку и втайне мечтали быть такими же, как он. Ким знал это и даже не думал сомневаться в себе, пока не увидел Чонгука, приехавшего тренироваться в Сеул накануне национальных соревнований.

Чимин озабочен спортивной карьерой, своим заболеванием и (совсем немного) сепарацией от матери. Осознание — полпути к освобождению, что так и рябит, подбивая к действию. Юнги улавливает эту борьбу в каждом его движении. Вечное сопротивление обнажает мышцы, те укладываются под искрящуюся чешую, и даже сквозь воду видно — он весь причудливо люминесцирует. Очарование морскими глубинами перекликается с восхищением конкретным человеком, и красота эта, Юнги верит, правда ему отвечает.

— все игры хороши в меру, птичка, а наша с тобой немного затянулась.