В День Благодарения Нил идет проверить все ли в порядке с Эндрю чуть раньше. Однако ни к чему хорошему это не приводит. Нил не изменяет себе, оставаясь мучеником, а Эндрю изо всех сил старается убедить себя в том, что ничего не чувствует. Кое-кто наверху поджидал Эндрю, но под руку попался Нил.

Натаниэль забрал своих братьев из Гнезда. Выкупил их свободу. Он - ничто, тогда как Жан и Кевин, его братья - единственное, что имеет значение. Он подстроит все события, он будет контролировать ситуацию, чтобы с концами выбраться из ада, в который его засунула судьба. И ничто не станет помехой на его пути. Даже Эндрю Миньярд. Так он думал. Хотел в это верить. Но, оказывается, у Дьявола Эвермора есть сердце, а у Монстра Пальметто душа, пусть они оба и отрицают это всеми силами.

Случайно выбранный Эндрю сосед по комнате в колледже станет его смертью. Он вечно спорит, запутанный, неуловимый, слишком умный для своей собственной пользы, забывчивый и самый сексуальный ублюдок, на которого Эндрю когда-либо обращал внимание. Или: Эндрю беспомощно влюблен в своего соседа по комнате, и предпочитаемая Нилом комбинация носков до бедер и коротких шорт не помогает ему справиться с этим.

Спустя два года, как он расстался с Нилом, Эндрю достиг дна. Аарон, борясь с последствиями того, что он чуть не потерял своего брата, находит трещины в жизни Эндрю и берет на себя задачу исправить столько, сколько сможет. Начиная с Нила.

Голос Ваймака затихает, слова обрываются на полуслове. Все головы поворачиваются, следуя за его взглядом. Эндрю замечает его почти сразу: волосы чёрные, как ночь, волосы мягкие и кудрявые. Под глазом синяк размером с бейсбольный мяч, веснушки рассыпаны вокруг глаз, как взрыв звездной пыли. — Что, черт возьми, случилось с твоим лицом, Нил? — кричит Ваймак, и голос его поражает в наступившей тишине. Нил не останавливается, без оглядки проносится мимо команды и их тренера.

Бессмертие — это не дар, а проклятие, растянувшееся на три долгих века. Уставший от вечных странствий, вампир Натаниэль решает обрести покой в стенах своего старого фамильного поместья, затерянного в глухой провинции. Он ждал забвения, пыли и тишины. Но его родовое гнездо уже занято стаей оборотней, а на тихий городок опустилась тень опасности, перед которой меркнет вражда двух проклятых рас.

Может быть, это и к лучшему, что в их фракции разрешается смотреться в зеркала лишь раз в месяц — в день, когда надо стричь волосы. Натаниэль уж точно не является поклонником своего отражения. Каждый раз, когда мать сажает его перед единственным зеркалом в доме и подстригает отросшие рыжие пряди, он предпочитает не поднимать глаз от колен. Он и так прекрасно знает, кого там увидит: более молодую версию своего отца. // Дивергент AU

Как сильно изменилась бы история, если бы события в Сиэтле произошли достаточно рано, чтобы Натаниэль оказался в Калифорнии в одно время с Эндрю? Что, если бы их пути пересеклись? Что, если бы первое обещание Эндрю было дано не Аарону, а Натаниэлю?