Рик и Дэрил не парочка. Правда не парочка. Они не женаты. Они не занимаются сексом. Они не целуются. Но ведут себя так, что только слепой не подумает, что они пара.

Дэрил замечает, что Рик очень напряжён с тех пор, как они прибыли в Александрию. Он решает, что лучшим решением ситуации будет, если Рик с кем-нибудь переспит. И если никто другой не согласится переспать с Риком во благо остальных, что ж, тогда ему просто придётся сделать это самому. В качестве услуги. НЕ потому, что он этого хочет. Конечно же, не поэтому. Совсем нет.

Даже если спрятать свои тайные желания и страсти в самый отдаленный уголок души, они и оттуда будут влиять на сознание человека, напоминая о себе, терзая, душа, мучая, до тех пор, пока с ними не начнут считаться. Упорствуя столько времени и не признавая очевидного, Дэрил сам вырыл себе яму. И сейчас, балансируя на краю собственноручной ловушки, единственное, на что он способен - судорожно ухватиться за близкого человека, надеясь, что не утянет его с собой на дно.

Униженный Дэрил даёт своей злобе единственно-доступный в сложившейся ситуации выход.

С событий, описанных в трилогии, прошло три года. Только что закончилась война между Спасителями, объединёнными городами и Шепчущимися. Ниган получил ожог сетчатки и находится в плену у Рика. Карлу нужно найти способ забрать его из Александрии, но это очень непросто.

В мире, приближённом к современному, царит равноправие. Альфам и Омегам не обязательно создавать семьи. Никто никого не принуждает к женитьбе или спариванию. Хочешь развлечений или же воспитывать ребёнка чисто "для себя"? Пожалуйста. А рассказы стариков про былые времена и Истинных, в мире интернета и мегаполисов, воспринимаются, как сказка. Так и не встретив свою половину, тридцатидвухлетний Рик решает завести ребёнка. Только вот с выбором "носителя генов" оказалось не всё так просто.

...Аскет сидел на заднем сиденье, задумчиво слушая инструкции от Сноу и записывая их в отдельный файл. Он ещё никогда не оказывался за периметром базы так долго, видеть такое количество мелькающих за окном людей ему ещё не приходилось. Детройт поразил его своими угловатыми зданиями и быстро перемещающимся по шоссейным артериям транспортом. Будь его воля, он бы вышел из машины и просто стоял в центре города, глядя на кипящую вокруг жизнь...