Джисон готовится к тому, чтобы прожить свои последние секунды жизни. 17 этаж. Немного страшно, но нет страшнее того, что он переживает каждый божий день. — Сейчас или никогда.. Он уже собрался с духом, чтобы шагнуть в пропасть, но ощутил на своей груди руки, которые потянули его назад.

Джисон мечтает о свободе и сцене, родители вешают замок - Хо становится ключом.

Дружба - штука сложная. Один случай может разорвать между вами всё, и принести за собой тяжёлые последствия. Джисону пришлось пройти через это, собирая по кусочкам остатки доверия людям. Но вот снова прошлое стучится в его двери с новым испытанием. Минхо, некогда лучший друг, с которого и начались все беды, вновь появился в его жизни. Смогут ли они начать всё с чистого листа, отпустив прошлое, и возможно открыть друг в друге нечто прекрасное.

В мерцании вечернего солнца блестели пурпуром паруса. Глаза парня закатились за горы прошлого, и он вспомнил, как когда-то очень давно впервые приплыл сюда на лодке, завороженный водами рассвета. В мире, где нет безопасного места, он укрылся в объятиях тех, кто его здесь всегда ждал и кто его всегда обещал беречь. И даже в других жизнях…

Представьте дряхлый городок, в котором все живут по чистым понятиям, в нем нет места самовыражению и каждый второй мечтает уехать из него. Так вот именно в таком месте и происходят действия между героями. Ли Минхо, тот самый оффник-гомофоб, пытающийся выбить всю дурь из пидора Хан Джисона. Смогут-ли оба принять друг друга? Что им предстоит для этого пройти?

Побитый пëс с гордой улыбкой зализывает раны, а цветная белка всë продолжает смеяться – послушно отыгрывают роли. Но в чужих глазах пëс превращается в пушистого кота, что очаровывает своей неприступностью. А белка остаëтся глупеньким грызуном. Минхо хороший лжец. Джисон – лжец намного лучше.

Никто даже и подумать не мог, что этот хитрый, девятихвостый лис влюбится.

После полученной травмы головы Хан Джисон начинает вспоминать вещи не из своей жизни. *** Минхо пережил смерть любимого человека и через девятнадцать лет встречает незнакомца, уверенного, что они были вместе в его прошлой жизни.

хан джисон школьник с вагоном проблем, смертью близкого человека и много чего ещё. у него остался отец, который его любил, но не мог дать той самой любви и времени которое давала ему мама. ли минхо такой же как и джисон. так же обречён смертью близкого и родного человека. отца. но всё же различия между ними есть. минхо смог справиться с болью, а хан - нет. их родители нашли друг друга, полюбили.. и поженились. а такие разные, но такие одинаковые парни стали братьями. сводными братьями.

Что-то не так. На этой плёнке Минхо не улыбается — просто смотрит ему в глаза. Смотрит, смотрит и смотрит. На экране лишь его неподвижное, напрочь лишённое эмоций, бледное лицо. Что-то ножом вонзается Джисону в живот. .... .- -. / .--- .. ... ..- -. --. Изображение дёргается, и видеомагнитофон выплёвывает кассету прямо Джисону под ноги. // Или: Хан Джисон находит сумку с кассетами в любимом магазинчике. Конечно же, он их смотрит.

В тот морозный вечер одинокий парень, до этого бессмысленно слонявшийся по пустынным переулкам, получил свою первую в жизни работу и обрел настоящего друга, с которым в будущем плечо о плечо будет идти по головам и писать новую историю Детройта на залитых кровью улицах.

Целый год они были друзьями, родственными душами, идеальными соседями. Начался второй курс, и все изменилось. Что же пошло не так?

– Дождь. Ты пахнешь дождем. – Альфа чуть было не споткнулся от неожиданного заявления омеги. – Я люблю дождь…

Stray Kids были первой экспериментальной группой, состоящей из альф и омег. С трудом они дебютировали, получив разрешение от компании. Все понимали, какие риски это может повлечь за собой, но такой шаг был выгодным для всех. Теперь к ним было приковано слишком много внимания, в ожидании, к чему это может привести. Либо полный триумф, либо провал. Оступиться было нельзя.

— Благодаря «Красному льду» вы создавали не сверхлюдей, а обычных монстров. И даже сейчас я, будучи живым, не могу назвать себя сверхчеловеком. Я не могу назвать себя человеком. Все дело в том, что вы создали такого же монстра, только вот вам не повезло вдвойне. Я все ещё обладаю разумом и безумно хочу тебя убить. А это значит, что вам всем крышка, папочка. Вам всем полная задница. Я пришёл не спасти этот мир. Я пришёл его уничтожить.

— Помнишь, — улыбка Минхо приобрела непонятный оскал, — ты спросил у меня, в чем же заключается моё испытание, а я ответил, что для него ещё не пришло время? Похоже, оно пришло, — его руки поползли по карманам штанов, а сам он начал медленно идти в сторону Джисона, что выглядело весьма устрашающе. — И что же тебе нужно сделать? — чуть нервно спросил Джисон, отходя шаг за шагом назад, чувствуя, как ломаются под ногами ветки. И в лицо прозвучало неслыханное: — Мне нужно тебя убить.

Чем пахнут омеги? Приторной сладостью, прикрытой фальшивой неуверенностью. Минхо знал этот запах слишком хорошо. Он чувствовал его, как собственную кровь — потому что так оно и было. Он был омегой. Омега с терпким ароматом и ненавистью к своей природе вынужден быть зависимым от феромонов, от которых его тошнит. Но что, если среди тяжелого смрада он почувствует те самые? Сможет ли он отбросить все убеждения, которые выстроил за годы?

«Недостаточно хорош» — эхо неуверенности, когда любишь, но боишься ответных чувств. Джисон знал это чувство, смотря на Минхо. Боль не утихает, но мир продолжает вращаться, а сердце любить. Поиск утешения оборачивается крахом. Улыбки маскируют предательство, а один вечер может оборвать нити, связывающие с самым дорогим. Еть ли надежда на счастье, когда мир рушится? И станет ли Джисон единственным, кто почувствовует, что значит быть «Недостаточно хорошим» в мире, который забрал всë?

В отношениях тоже есть понятие отказа. В их отношениях его не существовало.

Минхо наивно полагал, что за все два года работы в больнице он видел всё и готов абсолютно ко всему. Но всё изменилось в ту ночь, когда в дверях больницы его чуть не снес небольшой ураганчик в голубой пижаме, а откуда-то издалека раздался громкий крик Сынмина: — Минхо, лови его!