Его звали Хан Джисон. Он был обычным подростком. Любил поиграть в видеоигры, почитать глупые романы. Любил тёплые свитера и свои затасканные тёмно-зелёные кеды, которые он купил на распродаже в секонд-хенде. Он любил котят и не переносил кофе с молоком, ведь он действительно был ужасным. Недавно ему исполнилось семнадцать лет, и он оборвал свою жизнь.

Выпускной год не предвещал ничего хорошего. Джисон просто хотел отчислиться и пропасть, потому что учеба выжимала все силы. Сплетни Ёнбока проходили мимо ушей, поэтому он не сразу осознал грядущие перемены. Он понял все, когда увидел преподавателя по философии. И неожиданно учеба стала желанной и счастливой.

Принять тот факт, что ты влюбился спустя два года полного одиночества и игнорирования каких-то любовных чувств в принципе тяжело. А принять тот факт, что ты влюбился в своего лучшего друга, с которым знаком всю свою сознательную жизнь, так вообще практически нереально. Но когда спустя год, даже больше, в твою вновь нетрезвую голову приходит полное осознание пиздеца, в который ты вляпался, хочется просто выть от тех чувств, что ты оказывается все это время испытывал к человеку.

– Что, если мы сделаем вид, что встречаемся? – Ты ведь не серьёзно… – Сам посуди, ты сможешь остановиться у нас на сколько угодно. Бесплатная еда, бесплатное жилье. Я сведу тебя с Хенджином. Родители… ты видел, как они счастливы за меня? Мама уже обожает тебя! Если разыграем влюбленную парочку, – только до Рождества, обещаю, – все будут счастливы, я ведь прав? Или история о том, что случается, когда при знакомстве с кем-то в интернете ты присылаешь чужие фотографии.

Последние несколько лет для Джисона проходят как день сурка. Но одним простым рабочим днем, когда в ресторан, где работает Джисон, заходит один альфа, меняется все на сто восемьдесят градусов.

—« Его жёнушке повезло. »— пронеслось у Хана в голове. —« Это... »— Хан подошёл ближе, чтобы присмотреться. —« Это... это же Я МАТЬ ТВОЮ! »

— У тебя прекрасный зад. — Эм… спасибо? — Минхо кинул на него взгляд и испустил смешок. — А ты извращенец? — Нет, я ценитель прекрасного. Это разные вещи.