Чонгук в родное и любимое село ездит каждое лето, но только в этом году ему везет так несказанно.

Чонгук не различает цвета, но стремится стать художником. Тэхён не различает картины Винсента ван Гога и Пабло Пикассо, но всё равно пришел в галерею.

— Ты топ или боттом, Чонгук? — сказано было таким потрясающе низким голосом, что он с трудом понял суть вопроса. — Топ, — ответил, задницей чуя подвох. — Прямо стопроцентный? — Конечно! — Тогда у нас проблема, моя сладость, — проворковал Тэхён. — Потому что я тоже.

Он почти бездумно провел рукой по ноге Тэхёна, приподнимая за щиколотку и ставя ботинок себе на колено. Слегка подрагивающей рукой — черт, все-таки завелся — провел салфеткой по носку, убирая грязь. А подняв глаза на Тэхёна, ощутил уже почти давно забытое чувство смущения. Тот смотрел на него с шоком, но в глубине зрачков виднелась та тьма, которую так хотел увидеть Чонгук. Желание обладать. Подавить.

Один неосторожный, такой незабываемо-взрывной звук чиха, изменил жизнь Чонгука.

Чёртов Чон Чонгук — гомофоб, редкостный мудак и уже бывший начальник Ким Тэхёна, теряет память... А месть — штука сладкая. Не так ли? За всё нужно платить в этой жизни, Чон Чонгук...

— Так… почему Винсент? — негромко спрашивает он, но в ответ получает негромкий храп. — Блять, — вздыхает Чонгук, откинув голову на спинку сиденья и прикрыв глаза.

Продолжение фанфика "Место заключения". Прошлое осталось в прошлом, будущее виднелось туманно, а настоящее вполне устраивало. Но так ли это на самом деле? Чонгук бы хотел заглянуть хотя бы на месяц вперед и понять, что у них с Тэхеном до сих пор все прекрасно. Но это, увы, было нереально. Поэтому все, что Чону оставалось — продолжать жить настоящим, расследовать дела на работе и нежиться в объятиях Кима. До поры до времени, конечно же.