Вдруг сердце пропустило удар, ведь в кафе зашёл он. Тот, кого любил Ян. И любил горячо, всем сердцем. Ким, мать его, Сынмин. «Неужели, это правда он? Да быть того не может!», – промелькнуло в его голове. Но, услышав его голос, все сомнения исчезли. Это однозначно был тот самый Ким Сынмин. И Нини слышал, как тот заказывает себе американо без сахара, он видел, как тот садится за соседний столик и включает телефон, ожидая заказ, и Чон просто не мог отвести взгляд от этого совершенства...

– Что за?..Где мы?.. — Еле как открывая глаза спросил парень. – Добухался? Уже свою квартиру не узнаёшь. Да чтобы ещё хоть раз я пошёл с тобой пить.. Ладно, неважно, раздевайся.– Последние слова подействовали на Сынмина слегка отрезвляюще и он не веря своим ушам хриплым, от сухости, горлом переспросил: – Что!? — он уставился на Бина.

— Простите, можно Со Чанбина на пару минут? Это срочно, — в кабинет зашёл учитель Чан и как-то странно посмотрел на Бина. — Да, конечно. Всё равно почти конец урока, — ответил учитель информатики. Парень молча вышел с класса, прихватив с собой валентинку, чтобы никто с класса не заметил её. — Я как раз собирался зайти к тебе после урока, — выдохнул Чанбин и последовал за другом в кабинет трудов. — Прости, я не мог терпеть до конца урока, — Чан закрыл свой класс на ключ.

— Приветик! Я знаю, как давно меня не было. Прошу прощения. У меня были проблемы в жизни. — Раздался любимый голос из телефона. Парень с радостью в душе смотрел на его милую улыбку. Какой же он всё таки милый. Комментатор: Почему ты на крыше? — Почему я на крыше? Ох, вы хотите контента? Помните ту самую девушку, которая спрыгнула с крыши в прямом эфире? — Спросил Хёнджин. С его лица так и не сползала улыбка. Ликс немного напрягся от такого вопроса, ведь реально стал переживать.

— Вы уверены, что хотите именно этот хвостик? — говорит омега-продавец. — Вас что-то смущает? — Простите. Странно так: такой красивый омега, в костюме, видно, что хорошо воспитан, и тут такое, — потупляет взгляд омега. — Неожиданно просто. — У каждого свои странности. — И ещё какие, — слышит за своим плечом Бан и понимает, что он попал. — Какой интересный хвостик, Мышонок. Кажется, образ пай-мальчика и, вообще, милого и приличного омеги только что полетел в далёкие дали.

— Вот именно: в нашем доме, я имею право селить сюда, кого захочу!— орёт Хо, резко вставая из-за стола, отбрасывая свой стул назад. — Ах, серьезно? Может и ебать будешь, кого хочешь? — сложил руки на груди парень. — А может и буду! Законом не запрещено, знаешь ли! — внутри него бушевал океан, который становился всё громче и опаснее.

— Сынмин, привет, — за спиной стоял тот самый Хёнджин, что никак не выходит из мыслей. — Привет? — Мин просто хлопал глазками, смотря на старшего. — Тут такое дело... Кхм, — Хван молча протянул валентинку, — с днём влюблённых тебя. — О..., — Сынмин вопросительно посмотрел на Джинни, словно у него в руках не валентинка, а какой-то кусок хлеба с плесенью.