Тэхён по праву считался первым во всём. Он был лучшим учеником, лучшим фигуристом и лучшим любовником. Девушки смущённо краснели, стоило ему бросить на них изучающий взгляд, и шептались между собой, как бы попасть к парню в постель. Коллеги по льду уважали, крепко пожимали руку и втайне мечтали быть такими же, как он. Ким знал это и даже не думал сомневаться в себе, пока не увидел Чонгука, приехавшего тренироваться в Сеул накануне национальных соревнований.

- Почему за месяц ты мне так и не сказал? - Зачем? - Наверно, потому что мы истинные! - И что? - Как что, блять! – прошипел альфа. – Ты не думаешь, что я должен был знать! Как я должен был понять, что ты мой истинный, если ты скрывал свой запах? Омега наклоняется вперед, опираясь на вытянутые руки, которые он ладонями поставил между своих разведенных ног. - А зачем тебе это, Чон? Тебя в твоей жизни все устраивает, не так ли?

Что будет, если неуступающие пусанские парни встретят на одной территории школы сбежавших за мечтой парней из Дэгу? — Вы в нашем городе, а значит, следуете нашим правилам. — Тогда советую отсосать нам в честь нашего приезда, иначе я не разрешу сплёвывать.

Чон Чонгук считает, что омегам не место в военной академии. Ровно до тех пор, пока на место преподавателя по боевым искусствам не приходит омега Ким Тэхён...

Конный спорт – это две жизни, тесно переплетающиеся в одну, и, если ипподром покидает один, спорт должен покинуть и второй. А Ким Тэхён упрямо настаивает дать им шанс.

— Знаешь, почему Запад называют «Диким»?

В их небольшом городке появляется крайне загадочный журналист Ким Тэхен. И тут же начинают происходить убийства. Вы бы поверили в такое совпадение? Вот и детектив Чон Чонгук не верит.

— Мы с тобой не друзья. Запомни уже нахрен: не друзья. И никогда не будем.

— Ну, ничего так, — тихо говорит Хосок. — Бог, — хрипит Тэхён. — Натурал, — резюмирует Юнги, щуря глаза и глядя на Чонгука. — Стопроцентный натурал. Тэхён оборачивается и смотрит на Юнги, выгнув брови, на что тот фыркает: — Меня чуйка еще ни разу не подводила, — усмехается Юнги. — Без шансов. Безответная любовь. — Я его не люблю, — сквозь зубы говорит Тэхён, а Хосок снова ржет, крепче обнимая Юнги. — И меня чуйка никогда не подводила. Проверим.

Следующие сутки могут войти в историю человечества как самая глобальная катастрофа за последнее тысячелетие.

Согласно исследованиям, лошадь опаснее мотоцикла в двадцать один раз. Но на скромный взгляд Чон Чонгука, ни один конь не является настолько отбитым, как тот парень, который рискует проломить себе таз, а после — и голову, если не спрыгнет прямо сейчас.

Как такое возможно, что всего лишь мамино возвращение домой совсем не вовремя теперь грозит Тэхёну посещением психолога? Очень просто! Ведь гомосексуализм это болезнь, так считает мама, и специалист обязательно поможет. А Тэхён смотрит на этого специалиста и понимает, даже если бы он до этого был самым натуральным натуралом, то именно сейчас сменил бы ориентацию.

Чонгуку не нравятся парни, навязчивые запахи и состояние, в котором он ни черта не понимает, но однажды он просыпается в неправильном мире, где все делятся на альф и омег, а Чонгук почему-то... омега.

В их мире "истинность" - это сказка, которую рассказывают детям. Каков шанс встретить истинного? Один на миллион? Никто не знает. Что делать, если ты все же встречаешь свою судьбу? Но увы... У тебя уже есть муж. Так же как и у него. А запах истинного просто сводит с ума...

— Значит, я — твоя причина жить дальше? — Весомая причина, Тэхен.

Потрясающе ироничная история вышла. Хотел понравиться и пофлиртовать с геем, но вкрашился сам. Тот ни сном ни духом, а Тэхён теперь не ест, не спит и хочет самоудалиться. Соблазнитель. Роковуха. Натурал.

Всемирно известный айдол Чон Чонгук. Никому не известный, загадочный Ким Тэхён. Их случайная встреча запустит цепочку судьбоносных событий, которые изменят жизни обоих.

Ровно год прошел с того дня, как известный на весь мир корейский айдол Ви ушел из жизни, покончив с собой. Ровно год, как его не стало... Но почему тогда Чонгук узнает своего кумира в одном из посетителей, что однажды заглядывает в его пекарню?

В океане, близ континента Африки, Посейдон открыл своё око.

— Я не девственник. — Цедит сквозь зубы. Терпение лопается с каждым шагом Чонгука к нему. Альфа нагибается, останавливаясь в сантиметре от его лица. — Пока не доказано, не ебет что сказано.