Когда решаешь объединиться с врагом, надо быть готовым ко всему. Даже к тому, что его зам может приударить за твоим. — У меня что-то со зрением, или мой зам сейчас реально заигрывает с твоим? — Увы, я тоже это вижу. С твоим зрением всё в порядке. — Мне больше нравится вариант с массовой галлюцинацией.

У Майки есть дар – делать своей собственностью всё, что он любит. Но… для кого-то это действительно дар, а для кого-то проклятие.

Даже спустя долгие восемь лет Томас никак не может обрести покой, мысленно существуя где-то между Тихой гаванью и Последним городом. В компании друзей он отправляется в место, где навсегда потерял Ньюта, даже не предполагая, что найдет там того, кто снова станет звать его Томми.

У Такемичи сгорела комната. Не спрашивайте, он и сам в шоке.

— Посмотри на меня, — Глаза Майки горели красным. — Мы положили мир к твоим ногам, так чего тебе не хватило? — Внимания. — Голос Такемичи был пропитан обидой. Он не признавал своей вины. Одна встреча изменила жизнь Такемичи, сковывая его по рукам и ногам.

Ханагаки Такемичи возвращается на двенадцать лет назад, в тот день, когда впервые встретил Свастонов. — Ханагаки Такемичи, помни о нашем контракте. Это последний раз, когда он возвращается назад во времени... и он не может потерпеть неудачу. — В будущем все будут счастливы, — пообещал Такемичи

— Что ж, не хочешь весело провести со мной ночь сегодня, Томми? Это была фатальная ошибка. У Томаса резко опустел взгляд, а вежливая улыбка сползла с лица. Минхо под его боком смачно выругался и подготовился не то успокаивать друга, не то спасать девушку от него же. Парни, что сидели недалеко от них — Галли и Фрайпан — с беспокойством обернулись на них, когда услышали прозвище. Знали, что так его мог называть лишь один человек, который уже лежит погребённый где-то в Последнем городе.

Семь дней нашей с тобой любви здесь и в мирах иного сему кроя.