Лицо Джисона не отражало ни единой эмоции, когда он услышал знакомый мужской голос. Он помолчал пару мгновений, потом положил свободную руку в карман штанов, и ускорил шаг, удаляясь с кладбища. - Минхо? - Джисон произнёс с пугающе холодной интонацией, пока взгляд его был остекленевшим. - .... Кто это? - Минхо звучал слишком напряжённо. ••• - Тот, кто тебя уничтожит…

«Навсегда — Эл(L) Эм(М) and Хан Джисон!»

Минхо лишь хотел разбавить атмосферу и поиграть с этим пареньком. Кто же знал, что он возбудится от щекотки.

Загадав желание, Джисон получает совсем не то, чего хотел, и обретает способность видеть манометры окружающих его людей, отображающие текущий уровень возбуждения их владельцев. Да, это довольно странно, но ещё страннее то, что стрелка манометра Минхо постоянно на пределе, несмотря на то, что он – самый спокойный и сдержанный человек, которого Джисон когда-либо встречал.

«Я покинул свою родную общину в возрасте шестнадцати лет. Место, которое казалось мне домом, больше не вселяло в меня ощущения безопасности и комфорта. Я проснулся одним утром с явственным осознанием, что так жить мне больше не хочется. Я стал предателем и в последствии принял свое наказание, но не с чувством вины, а с гордостью за свой собственный выбор. Отныне и навсегда я – странник.»

Хан Джисон знал наперёд, что они красивы, эти руки, убивающие нежить!

У Джисона грустный взгляд и тысяча проблем. У Минхо только одна проблема – Хан Джисон.

Они встречаются где-то среди белых стен, на грани жизни и смерти. И впервые понимают, что доверить свою жизнь кому-то бывает намного легче, чем бороться за неё самому.

— Здравствуйте, вы, скорее всего, этажом ошиблись, студенческие экскурсии на десятом проводят, а это тридцатый. — Вы не так поняли, — Джисон отрицательно мотает головой, поправляя на плече рюкзак. — Я пришёл на собеседование на должность ассистента.

Минхо знал, что люди его боятся, и понимал почему. Люди смотрели на него, когда он проходил мимо, а потом отводили глаза, когда он ловил их осуждающие взгляды. Люди придумывали слухи о его семье, о его прошлом, о нем самом. Джисон знал только что такое разбитое сердце. Он знал только тайную любовь, одностороннюю и болезненную. Одни говорили, что он любит легко, другие - что он не умеет любить. Но это не имело значения, потому что, по его мнению, он вообще не заслуживал любви.

au, в котором минхо обладает даром предвидения. в одном из своих сновидений он встречает настоящий апокалипсис рука об руку с незнакомым парнем. минхо думает, что, пока тот остаётся незнакомцем, волноваться не о чем, а после встречает его в реальной жизни.

Джисон просыпается посреди ночи, и на то краткое мгновение, пока его глаза ещё закрыты, ему кажется, что Жатва была просто страшным сном, далёким кошмаром. Он почти чувствует эфемерный запах сушёных трав и слышит голос матери, который зовёт его к столу. Но когда Джисон открывает глаза и видит вокруг себя безупречную, но совершенно бездушную металлическую комнату, его горло сжимается. Он не вернётся домой. С Голодных Игр не возвращаются.

Тяжела преподавательская доля, особенно когда в твоё личное пространство самым наглым образом врывается невоспитанный студент, обозвавший тебя дедом-пердедом. Но как же быть, если не можешь выкинуть из головы этого юнца с самыми милыми щечками, а твой эмоциональный интеллект находится где-то на уровне зубочистки? Ответа на этот вопрос Минхо не знал, зато знал, как подливать коньяк в кофе во время лекций, и закидывать этого самого студентика самыми странными заданиями.

au, в котором Минхо - успешный молодой человек, для которого соулмейт - это просто очередная галочка в длинном списке "признаков состоявшегося человека", а Джисон и его компания выступает против идеи о "предназначенных". И история о том, как эта стройная система рухнула от одного неосторожного прикосновения.

Чтобы не попасть в колонию для несовершеннолетних, Джисон перевелся в пансион для трудных подростков, где ему дали последний шанс. Вот только сможет ли Хан им воспользоваться, когда в новом месте все ученики ещё более отмороженные, чем он сам?

Хан Джисон оказался в этом университете не по своей воле. Но ему придётся смириться со своим новым окружением и разобраться в тайнах, окутавших кампус учебного заведения, которое когда-то давно окончили его родители.

Джи упирался ладонями в стену. Сзади к нему прижималось горячее тело его студента. — Минхо, остановись! — Тебе не нравится, Джи? — Соблюдайте субординацию, студент Ли. — Вам нравится, господин Хан? — шепчет ему на ухо Минхо, прижимая ближе к стене. — Минхо, я прошу тебя. Это разрушит нас обоих! — Нас это разрушит, если об этом узнают. Но ты же никому не скажешь, что тебя имеет твой студент? За это я могу тебя и наказать, Джисони.

— А если я тебе заплачу? – выдает Джисон. — Заплатишь? Я что похож на шлюху? – Минхо поворачивается и усмехается. — Нет, конечно, нет, – Хан хмурит брови. — Я шучу. Сколько? — Сейчас, – Джисон лезет во внутренний карман, куда убрал деньги, которые мама дала на лекарства. Минхо закатывает глаза, когда парень достает несколько помятых купюр. — Этого хватит на один урок? Может, мне больше и не потребуется. — По рукам, – Минхо выхватывает деньги и разворачивается.

Детский дом. Здесь ты никому не нужен, никто тебя не спасёт, не приласкает, не поможет. Здесь нужно надеяться только на себя. Кто же знал, что в 16 лет, подросток будет принадлежать одному из сотрудников заведения. Кто же знал что он будет бояться его как огня, а лучшим спасением будет подчинение. Пожалуй, Джисон этого точно не знал.

В мире наступило начало конца. Неизвестный вирус за считанные дни уничтожил больше миллиарда человек и заразил столько же, если не больше. В небольшой городок выслали военный отряд SKZ-18 под командованием Бан Чана, дабы найти учёного, которого отправили туда за ДНК заражённых, чтобы остановить эпидемию. Но им не посчастливилось встретиться с отступниками, которые подчиняли себе выживших и наслаждались началом конца.