Из чужих уст можно услышать, что сегодня вновь кто-то лишился руки из-за алмаза.

Тэхен больше не может жить среди людей и бежит вперёд, вот только в лесах ему тоже не рады. Оборотень!AU. Тэхен случайно оказывается на территории стаи Чонгука.

- Ты сюда пришел сам, добровольно, - с усмешкой сказал Чонгук. - И волен уйти когда захочешь. - Если бы у меня был выбор, - прошептал Тэхён, - меня бы здесь не было. - Выбор есть всегда. Просто твой продиктован обстоятельствами. Но это твой выбор, поэтому не надо так дрожать. Раздевайся. Тэхён сглотнул, смотря в черные глаза, и начал расстегивать рубашку...

- Что ты можешь знать, о таких как я? – глаза в глаза, в которых волнуется столько злости и горькой правды, что Чонгуку легче отравиться, чем окунуться в это. - Я вырос в приюте, вокруг альф, которые как гиены выжидали момент, чтобы трахнуть в первую же течку. У них получилось выебать не раз, - кривая ухмылка разрезает лицо пополам. – Мне не нужна твоя помощь, мне никто никогда не помогал. И ты исключением не станешь.

Под проклятым небом в красные ночи мы были крещены пороком.

— Разве вам это будет выгодно? — Тэ хмурится, но взгляд не отводит. — Это будет выгодно всем. Не в твоём положении от такого сотрудничества отказываться, но если ты всё же решишь, что тебе это не нужно, никто принуждать не будет, — альфа делает глубокий вдох. — Однако предупреждаю: согласишься — и пути обратно у тебя не будет. Шаг вправо, шаг влево… Я узнаю об этом в тот же момент.

Сегодня, выходя на работу пораньше, Тэхён точно не мог подумать, что первое, что он увидит в своей аптеке — это раненый мужчина, который, увидев зашедшего, направит на него пистолет. Или AU! где Чонгук — большая шишка бандитской верхушки, а Тэхён — фармацевт.

У Тэхена и Чонгука недавно родился ребёнок. Тэхен пахнет бананами. Чонгук любит банановое молоко. А ещё он безумно любит своего омегу, который не приготовил ему подарок на Рождество

Прожив с мужем восемь лет и думая, что ты счастлив, сложно принять то, что он тебе изменил и всё разрушилось, как в банальном анекдоте. Тэхён хочет теперь жить только для себя, перешагнув всё это, а Чонгук просто хочет его себе, чтобы показать, что любовь бывает настоящей и без предательств.

— Я убью всех и каждого, кто посмеет прикоснуться к тебе или навредить, — шепчет Чонгук, клыки царапают шею, а Тэхён томно мычит, пальцами цепляясь за широкие плечи. — Ты — смысл моей слишком долгой жизни. — Чонгук… Вампир прерывает его, целует лениво, мажет языком по губам и смотрит в прикрытые глаза. — Любого, — хрипло повторяет Чонгук. — Утоплю в крови и начну войну, каждый пожалеет, я обещаю. Потому что ты — мой малыш… Чтобы читать, нужно включить VPN🔥

Чонгук чуть подвинулся на кровати, приближаясь к Тэхёну. Он взял его руку, перевернув ее запястьем вверх. Ким вздрогнул и напрягся. Вампир наклонил голову вниз, потянул воздух возле запястья, где бешено стучал пульс. Он почувствовал, как его клыки удлиняются, приобретая нужный размер, чтобы утолить голод. Затем Чонгук медленно поднял на Тэхёна глаза, которые светились белым светом, и оскалил на него клыки. - Так я больше похож на вампира? - усмехнулся Чон, возвращаясь на свое место на кровати.

Соглашаясь стать стажёром, Тэхён поставил одно условие: господин Бан будет отвечать отказом на поступающие от альф просьбы о частной встрече с ним. Приняв желание омеги, тот все же внес коррективы в их сделку, добавляя: «Пока не появится тот, кому нельзя будет отказать». Три года правило срабатывало без исключений, «пока» не появился господин Чон, невозможность отказа которому понимал даже сам Тэхён.

— Ты кажется не понимаешь, — и так глубокий голос Кима уставшим звучит ещё глубже, с некой хрипотцой. — Я пережил сегодня максимум своих эмоций, у меня нет желания спорить с тобой, но я тебе всё-таки объясню. Я не ищу себе приятелей, подушек для слез, мне не нужна никакая ебаная поддержка, ни от кого, — а думал, что эмоций не осталась. Вот она – нарастающая агрессия в чистом виде. — Мне нахуй не сдались твои сраные сожаления и переживания, я тебя, блять, даже не знаю.

Конный спорт – это две жизни, тесно переплетающиеся в одну, и, если ипподром покидает один, спорт должен покинуть и второй. А Ким Тэхён упрямо настаивает дать им шанс.

Чон Чонгук — омега, что врывается в кабинет своего начальства и строит там себе гнездо из их вещей. Братья Ким — альфы, то самое начальство омеги, которое возвращается в свой кабинет и застаёт Чонгука в весьма затруднительном положении.

— Так… почему Винсент? — негромко спрашивает он, но в ответ получает негромкий храп. — Блять, — вздыхает Чонгук, откинув голову на спинку сиденья и прикрыв глаза.

Чонгук ожидал чего угодно от похода в тёмный и пугающий лес ночью, но точно не встречи с лесным дикарём.

Минхо сидит в тени раскидистой яблони. Жарко, ужасно жарко для августа. Даже деревенские собаки притихли и не брешут на прохожих. Оторваться от книги заставляет шелест и тихий мат возле забора, после которых чья-то наглая рука тянется за яблоком на самой нижней ветке. Минхо опускает книгу к себе на колени и смотрит на макушку, маячившую над покошенным забором. - Ты ничего не попутал? Щекастый парень от неожиданности уронил яблоко.

Бежать. Как только опьяненное приближающейся ночью солнце скрылось за мерцающей неровной линией расплавленного в границах бескрайней пустыни горизонта; как только последние мелодичные чириканья птиц стихли, а побережья прилегающих морей опустели; когда песок стремительно стал остывать, а прикроватные бледно-мандариновые светильники уютных однотипных домиков шумного торгового городка погасли. Тогда наступил подходящий момент, чтобы обрести свободу.

«А то что?», после этой фразы, может поступить ответ, который ты совсем не ожидаешь услышать.