Внешне Эдриан Пьюси действительно оказался очень красив. Когда он впервые улыбнулся, у Луны перехватило дыхание — так подействовало на нее это ленивое движение выразительных пухлых губ, обнаживших ровный ряд белоснежных зубов. Однако Полумне хватило одного вечера, чтобы понять:В Эдриане не было ничего доброго, чувствительного или мальчишеского. Скорее, он походил на хищника, которому нравится играть с добычей, прежде чем вонзить в нее зубы. (Сиквел к фф. «Посмотри на меня»)

— Это ничего не значит, — для достоверности вносит ясность Рон, параллельно стаскивая с бедер Блейза пижамные штаны вместе с бельём. — Ты всё еще меня бесишь, и это ничего между нами не меняет. Я не гей. — Конечно, нет… — хриплым полушепотом отвечает Блейз... — Ты определённо точно натурал...

— Пап, просто успокойся и послушай меня, хорошо? — Какой я тебе папа?! — взревел Драко, выходя из себя и продолжая дергать за треклятую рукоять меча. «Я гей, у меня не может быть детей!» — чуть не выкрикнул он, но прикусил язык, благоразумно решив, что какому-то сумасшедшему, нагло вломившемуся к нему в мэнор, ни к чему знать такие подробности его личной жизни. — Тебе же лет двадцать на вид, а мне всего двадцать восемь! — выпалил Малфой. — Ты считать умеешь? Я не могу быть твоим отцом!

Первое, что почувствовал Драко, смотря в пол, был просто невероятно крышесносный аромат свободной омеги. Он уловил запах молочного шоколада, зелёных яблок и океана. И его будто током прошибло, запах был до одурения великолепен, сногсшибателен. Малфой резко вскинул голову, надеясь быстро отыскать источник этого потрясающего аромата, от которого сердце билось как сумасшедшее, а сущность в груди восторженно ревела. И замер. Перед лифтом стоял Гарри, чёртов, Поттер и, что-то читая, ярко улыбался.

Зайдя внутрь Гарри сразу бросился к зеркалу и замер на месте. Да, видок конечно так себе. Волосы торчат так будто он недавно хорошенько потрахался, глаза красные, на подбородке пробивалась щетина, но это ничего, самое интересное было ниже. С правой стороны на шее красовался огромный багровый засос, а с левой, прямо чуть ниже линии скул, была четко выведена чёрная буква D. Всё дело в том, что он вообще не помнил как она у него появилась.

Гарри тайно влюблён в Драко и абсолютно убеждён, что ему ничего не светит, ведь Малфой, через пару месяцев, женится на Астории, и точно не интересуется мужчинами. Но к большому удивлению Гарри, на Выпускной бал Драко приходит не с Асторией – и даже не с девушкой… Сможет ли что-либо изменить между ними этот последний вечер?

«Эй, Поттер, помнишь меня? Я тот, кто издевался над тобой все эти годы. Давай будем дружить? Или лучше давай встречаться? А вообще, выходи за меня, а? Потому что я просто подыхаю без тебя». Герой магического мира и бывший Пожиратель смерти — абсолютно нереально, без вариантов.

Гарри всегда ощущал себя обычной бетой и завидовал другим гендерам. Пока новый, восхитительно сладкий запах не разбудил в нём омегу.

Волна какой-то нереальной тоски и жгучего отчаяния накрыла Гарри с головой, на корню убивая ту малую искру возбуждения, что успела зародиться в теле. Ведь чертов Малфой натурал и скоро женится на этой своей Астории, чтоб их обоих черти драли! А всё, что остается Гарри, это снимать для себя мальчиков по вызову и представлять на их месте Драко. Убеждать себя, что это именно губы Драко, а не чьи-то чужие сейчас активно терзают его рот…

Гарри отправляют в Азкабан после Турнира Трех Волшебников. Сможет ли он выжить без своей родственной души? Жива ли его родственная душа?

Случайная встреча спустя 18 лет. Можно ли скрыть то, от чего бежишь?

Детство Гарри прошло в любви и принятии семьей Дурслей. Однако череда событий заставит его принять решение уехать в тихий, скрытый от мира город. Здесь всё кажется чужим — люди, школа, даже воздух. Но за этой тишиной прячется нечто большее. Он не знает, что именно здесь найдёт то, чего ему всегда не хватало — ответы, которые не объяснить словами. Свое отражение в юго-западных лесах маленького города в штате Вашингтон. Кто окажется способным разгадать всё, что таится на душе у юного волшебника?

— Гарри, я… — я снова замолкаю, жмурюсь и быстро облизываю соленые от слез губы. — Нет, Драко… — доносится до меня полный отчаяния голос. — Не надо… Я открываю глаза, набираю в легкие побольше воздуха, а затем на выдохе произношу: — Я люблю тебя и буду любить всегда, но сегодня я женюсь на Астории.