Этот мужчина болен хроническим символизмом и считает себя драконом, сжигающим собственное нутро. На безлюдном шоссе вдали от города он встречает человека, любовь к которому живет в нем со студенческих лет, и впоследствии узнаёт, что тот тоже болен. Болезнью несколько страшнее, но тоже похожей на самосожжение. [Случайная встреча спустя сорок месяцев разлуки, чтобы двое увидели, во что разрыв превратил каждого из них.]

— Я спрашиваю еще раз для тупых. Ты пишешь эти блядские истории, в которых я умелее любой элитной шлюхи? Чимин нервно сглотнул, оглядел парня еще раз и пискнул, потому что перед ним стоял не кто иной, как пиздецки злой Мин Юнги. Пак сделал осторожный шаг назад, перевел взгляд на телефон в своей руке и прочитал единственное слово, которое прислал ему друг. «Беги».

— Мы с тобой не друзья. Запомни уже нахрен: не друзья. И никогда не будем.

— Зачем звонишь? — Как зовут твою черепаху? — на другом конце повисает тишина, и Тэхен буквально чувствует, как работают шестеренки в чужой голове, от чего довольно усмехается. — Ким, съеби из моей квартиры, — Чонгук звучит, конечно, более чем угрожающе, но в данной ситуации Тэхёну пофиг. — Ты не очень-то гостеприимный. Дай хоть чай допить. — Я сейчас вызову полицию.

Тэхён поднимается с пола и медленно хромает до зала, стягивая с себя одежду вместе с париком и готовый выплакать Чимину всю душу. Черт бы побрал эти пьянки. В конце недели, зарекается Ким, он пьет последний раз в жизни... тем более в компании Пак Чимина.

Тэхён не сомневался в их чувствах, потому что Чонгук ему кое-что пообещал: до конца жизни быть верным человеку, которого выбрало его сердце.

Раз ты мне написал, значит, ты хочешь этого. Я дал тебе возможность что-то поменять или все отменить, но ты согласен. Запомни, все то, что будет происходить, — этого хочешь ты, и этого хочу я. Если тебе что-то не понравится, я сразу же остановлюсь. Не бойся своих желаний.

Тебе исполнится двадцать один год, правительство познакомит тебя с твоим соулмейтом, на глазах у тысяч людей вы объединитесь в пару и проживете вместе долгую и счастливую жизнь. Чонгук уверен, что в его жизни все будет так же, как и у всех - государственные привилегии, просторный дом у моря и родная душа рядом, ведь своего соулмейта он встретил, когда ему было еще девятнадцать.

Синапс — нейронная связь возникающая между двумя людьми... Тэхён кожей ощущал тепло солнечного света, и в то же время чувствовал капли дождя, промокая под проливным дождём в другом незнакомом ему месте, но на деле оставался сухим. Мысленно он находился в двух разных местах одновременно, видел своего истинного и чувствовал, как жгло в груди от своего же собственного запаха. Всё что чувствовал один своим телом, ощущал и второй.

Идея его девушки: секс втроем как последний шанс для их трещащей по швам пары. Тэхен ожидал одного, а получил совсем другое. Но кто сказал, что «другое» — это обязательно плохо?

Чонгуку сказали, что для того, чтобы Тэхен в него влюбился, ему нужно его рассмешить, но каждый раз, когда Тэхен смеялся, влюблялся Чонгук.

Иногда неверные поступки направляют нас на верный путь. Чонгук, полицейский и ложно осужденный, попадает в тюрьму, где по воле судьбы встречает парня, которого когда-то сам посадил.

Уже давно полицейский Чонгук охотится на местного хулигана, разрисовывающего стены. Вот он его поймал, да и рад бы упечь за решетку, но что-то в этом фиолетововолосом и агрессивном парнишке заставляет сердце биться чаще.

— Я дам тебе один совет, как новенькому, — говорит Чимин, промакивая скомканной салфеткой разбитую губу. — Остерегайся Чон Чонгука.

— Чонгук, забери меня. Тихий шепот заставил застыть и напрячься все тело. Альфа моргает и поворачивает голову, смотрит на Тэхёна и сглатывает. Он видит идеальный профиль. Красные губы чуть приоткрыты, а из глаз текут слезы по вискам и теряются в волосах. От этой картины сердце сдавило. А Тэхён сам не верит, что это сказал. — Что? — Понимаю, что моя просьба сумасшедшая, но я не могу. Я не говорю, чтобы ты забрал меня себе, нет, я не посмею просить. Помоги мне, я не хочу выходить замуж.

— У тебя течка, Тэхён. Иди домой, — как можно мягче пытается говорить Чон, но выходит рвано. — Но у нас важные переговоры… — Если ты будешь нюхать мою шею всё время, наши переговоры закончатся, так и не начавшись. Ты уже не маленький, прекрасно знаешь, как течный омега влияет на альф. — Но обычно никто не замечал… — В смысле, «обычно»? — Чон резко останавливается, переваривая только что услышанную информацию. — Это не первый раз, когда ты пришел на работу в течку?

— Чонгук…? — тихо прошептал Тэхён. — Привет, как ты? — Не настоящий, — качает головой в стороны, измученный собственными галлюцинациями. — Да, ты не можешь быть настоящим. — Почему я не могу быть настоящим? — Настоящий бы не пришёл.

— Вслух, Чонгук-и, — слизав кончиком языка немного крови с его губ. — Ты согласен быть моим? Принадлежать мне?

– Ты когда-нибудь раньше видел, как Чон Чонгук содрогается в рыданиях, стоя на коленях? – прохрипел Хосок, обречённо закрывая лицо широкими ладонями. – И я не видел. Не видел до тех пор, пока он не встретил тебя, Ким Тэхён.

Чонгук был обычным конюхом состоятельной семьи. Он находился среди сена и грязи и имел ценность, сопоставимую со старой кобылой. Тэхён Равель был молодым графом, окружённым лоском и запахом долларовых банкнот, и считался чуть ли не хозяином Чонгука.