Тэхён выглядел так, будто обдумывал сотни способов, как разрушить его. Самое ужасное было в том, что Чонгук был готов принять каждый из них.

Тэхён узнал свой почерк в этой записке: "Чонгук, никогда больше не подходи ко мне, исчезни из моей жизни. А лучше умри"

Опиум - сильнодействующий наркотик, вызывающий моментальное привыкание. Отношения Чонгука и Тэхёна - это история страсти и одержимости. Для них любовь стала зависимостью, с которой невозможно бороться.

У души человека особый аромат. И притягивает нас к тем или иным людям далеко не внешность и не характер, а именно их аромат души. Тэхён искренне в это верил и не ошибся…

Синапс — нейронная связь возникающая между двумя людьми... Тэхён кожей ощущал тепло солнечного света, и в то же время чувствовал капли дождя, промокая под проливным дождём в другом незнакомом ему месте, но на деле оставался сухим. Мысленно он находился в двух разных местах одновременно, видел своего истинного и чувствовал, как жгло в груди от своего же собственного запаха. Всё что чувствовал один своим телом, ощущал и второй.

Чонгук любит смотреть порно. Чонгук любит под него громко стонать. Чонгук не думает, что данными стонами может помешать соседу, но мешает.

Осторожно приподняв тяжёлую голову со своего бедра, он встал и аккуратно положил её обратно на диван. Дотянувшись до висящего на грядушке пледа, накрыл спящего незнакомца и присел на корточки, напротив его лица. Странный он. Красивый, но странный. Хотя насколько далеко от него ушёл сам Тэхён в этом понятии?

— Если в один день...ты убьёшь и меня? — Придется убить самого себя, котёнок. — Звучит печально. — А по-моему романтично.

В эту же секунду Чонгук понимает – этой ночью он разрушил всё то, что строилось годами, и потерял самое ценное, что было в его жизни.

Завести собаку - сделано. Уйти от мудака - готово. Сбросить вес - выполнено. Вновь обрести себя - исполнено. Влюбиться…

Они искренне раздражают друг друга. У обоих есть девушки. Они состоявшиеся мужчины, у которых никогда не было однополых отношений. Но в голове что-то щелкает. И остаётся два варианта: убежать от себя или бежать к себе.

У Чонгука есть всё: семья, работа, крыша над головой. Что ещё может понадобиться среднестатистическому человеку для полного удовлетворения? Только один, немного поехавший головой друг, и его сумасшедшая идея.

— Значит, я — твоя причина жить дальше? — Весомая причина, Тэхен.

— А ты… смог бы влюбиться в кого-то, кого никогда не видел? — спросил Чонгук. — Что? — прекрасно услышав вопрос, Тэхён переспросил. — Полюбил бы кого-то просто, потому что тебе нравится он, как человек? — зная, что Тэхён услышал, повторил Чонгук.

Сколько можно вонзать друг в друга ножи? Да сколько угодно, пока это не приведёт к полному истощению или не заставит кого-то из них сдаться. Правильно сказал Мин — они больные. Либо залюбят друг друга до смерти, либо сведут с ума жестокостью отношения. Одни только обидные слова чего стоят. Выпотрошат из себя всё хорошее и оставят свою изнанку на обозрение другому. Пусть судит. Или примет таким как есть, или... Лучше как есть.

Ау, где Тэхён всего лишь слуга, не имеющий права сделать вздох без приказа господ. А Чонгук всего лишь граф-безбожник, которому плевать на закон и традиции.

Лето, Мальта, солёные брызги, свежий ветер, мягкий песок, красочные закаты, щепотка ревности и, конечно же... любовь!

Он засмущал этот белый воротничок, как мило. Даже милее, чем то, как этот недотрога играется в большого серьёзного дядьку, которому чужды всякие незрелые глупости, пусть и на таком же взрослом дядьке, который, в отличие от него, не пытается накинуть себе солидности. За такими увиваться интереснее всего. Именно такие потом стонут громче всех.

— Честно, очень надеялся тебя больше не увидеть. — А я наоборот, хотел ещё хоть раз увидеть твою нахальную улыбку.

После аварии Чонгук ничего не помнит, но с помощью своих друзей он начинает собирать свою жизнь как головоломку. Но даже потеряв память, он знает, что чего-то не хватает, а его друзья не признаются. И в один из дней Чонгук встречает парня, с первого взгляда понимая, что они были знакомы в прошлом.