Если я гореть не буду, Если ты гореть не будешь, Если мы гореть не будем, Кто тогда рассеет тьму? ©

Чон Чонгук - довольно опытный килер, который выполняет самые дорогие и сложные заказы. Но настолько ли он профессиональный, если начинает что-то чувствовать к своей жертве?

- Уходи. Повторяю последний раз. - Нет. Он едва не вскрикивает, чувствуя, как окурок прожигает кожу у него на ключице. Прямо там, где родинки. Ему кажется, что жжение тут же распространяется по всему телу. Чонгуку больно и обидно. Одно усиливает другое. - Я все равно не уйду, - севшим голосом повторяет Чонгук, пытаясь проглотить подступающие слезы.

Чон Чонгук начинал на шумных улицах Нью-Йорка, ловко таская пузатые кошельки. Стал лучшим в своём деле, отточив мастерство до идеала, и получил прозвище Щипач. Его забирает под свою опеку глава преступной организации «Гобо». Тьерри Венсан — сын сенатора Парижа. Дерзкий и обаятельный француз, обладающий феноменальной памятью и идеальным слухом. Его жизнь меняется в один день, когда он узнаёт о прошлом матери. Совершенно разные судьбы, давно переплетённые на небесах...

Задумывались ли вы хоть раз о том, что то, что вы видите, слышите или чувствуете, может быть не таким, как вы это видите, слышите или чувствуете? Чонгук о таком никогда не думал, а следовало бы.

Работа под прикрытием в роли телохранителя мафиозного босса как прогулка по минному полю: неверное действие, и ты труп. А Тэхён смотрит так, словно знает про него абсолютно всё и даже больше, и, когда они остаются наедине, Чонгук чувствует, как вся его подготовка летит к чёрту.

Город как живой организм, нацеленный на выживание, обживая среду, он приспосабливается и приспосабливает ее под себя, перемалывая людские судьбы. Как человеку умудриться выжить в мире жестокости и сохранить душу.

Стоило Чонгуку решить, что он переболел бывшим партнёром, как сука-судьба обратно швыряет ему Тэхёна — мужчину, пользоваться которым без инструкции категорически запрещено.

Согласно документам, мы с Коралином погибли в 1945-м. В пожелтевшем полицейском протоколе это назвали «Делом об убийстве в поезде». Но что, если всё это ложь? Если я дожил до наших дней, или... я и есть тот самый убийца?

«Если однажды настанет момент, когда нужно отпустить то, что любишь — отпусти. Если вернётся, оно будет твоим навеки. Если нет, то никогда твоим и не было»