— Твоё согласие не нужно, ДимДимыч. Смирись, главным здесь есть я. А ты — моя игрушка. Точнее говоря, прибор, который мне нужно починить... Парень, прикованный к батарее, тщетно пытался выбраться из ловушки, в которую загнал его Нолик, а фиксик в это время с наслаждением разглядывал тельце, которым собирался воспользоваться. — Не смей, а то я всем расскажу о существовании фиксиков! Но Нолик, казалось, его и не слышал, коварно молвив: — Приступим.

Хан Джисон оказался в этом университете не по своей воле. Но ему придётся смириться со своим новым окружением и разобраться в тайнах, окутавших кампус учебного заведения, которое когда-то давно окончили его родители.

Начинается новый учебный год, который обещает быть не менее насыщенным на события. В этот раз Хан Джисон поехал в университет по своей воле, но захочет ли он остаться, когда узнает другие, не менее ужасающие тайны Чанми?

Феликс ненавидит его всей своей пропитанной перманентной болью душой и мечтает вдавить его красивое холеное лицо в асфальт. Хенджин ненавидит Феликса не меньше, но вдавливать он хочет его только в свою постель.

Минхо ощущал каждой клеточкой своего тела, что под ним сокрыт целый зверь. Когда он освобождался от цепей и выходил на охоту – он рвал зубами человеческую плоть, потроша ее на куски. Ему не страшна ни кровь, ни крики, ни боль. Он этим питался. Он этим жил. И Минхо думал, что всякий входящий в больничное крыло будет остерегаться его клетки, однако что-то явно пошло не так, когда однажды новый лечащий врач с теплотой в голосе начал называть его просто-ласково – Котёнком.

Его звали Хан Джисон. Он был обычным подростком. Любил поиграть в видеоигры, почитать глупые романы. Любил тёплые свитера и свои затасканные тёмно-зелёные кеды, которые он купил на распродаже в секонд-хенде. Он любил котят и не переносил кофе с молоком, ведь он действительно был ужасным. Недавно ему исполнилось семнадцать лет, и он оборвал свою жизнь.

Хан Джисон знал наперёд, что они красивы, эти руки, убивающие нежить!

На мгновение виснет давящее, будто под прессом, молчание, когда их взгляды встречаются. Она даже не уверена, смотрит ли он ей в глаза. Зрение до ужаса подводит в столь нужную минуту. Она опускает глаза на его плечо, на разодранную ткань рубахи, перепачканную кровью и ещё чем-то… У Гермионы крошится где-то внутри. Корсет рёбер ли или же высохшее от отлившей крови сердце. Она смотрит не на кровь на плече. Она смотрит расплывчато на вытянутую голову вытатуированного дракона.

У Джисона грустный взгляд и тысяча проблем. У Минхо только одна проблема – Хан Джисон.

Но как же он хотел почувствовать, каково это - когда тебя любят пуще жизни. Хоть раз. — До смерти хочу жить... Жить в чьём-то сердце. Быть чей-то жизнью. И плевать на плату. Последние слова срываются с уст перед тем, как он ощущает резкий удар спиной о водную гладь, что, кажется, вместе с воздухом выбивает из хрупкого юношеского тела и всю жизнь, тут же убирая любые следы, погружает ставшее лёгким тело в чёрную глубину океана. Но был ли он готов к тому, о чём молил? Едва ли.

от них остались раскраски, отзвучавшие песни, огромный свитер мелкой вязки, кассета 2002 года с французским мюзиклом «roméo & juliette: de la haine à l'amour» и драконы.

Хван Хёнджин, взмахом руки подняв портфель, накрыл весь стол долларовыми купюрами. Медленно наклонился к микрофону и усмехнулся: — Я ставлю на Феликса всё.

Хан Джисон только что перевелся в новый колледж и быстро обзавелся новыми друзьями. Однако, он столь же быстро понял, что этот город не такой, каким показался ему с первого взгляда. Всё начинает набирать обороты после одной октябрьской ночи. Сперва странности легко игнорируются, но, чем более зловещие обороты набирают события, тем более очевидным становится тот факт, что группа друзей обязана разобраться с угрозой, нависшей над каждым из них.

Ли Минхо — сын главы крупного клана, и в свои двадцать два он уже погряз в преступном мире. Хан Джисон — студент сценарного факультета, но ни одному из его черновиков так и не суждено стать наброском для драмы. Их не объединяет ничего, кроме улицы, на которой они живут, и университета, в котором учатся. Но после смертельного выстрела Минхо загадочным образом приходит в чувства на полу в квартире Джисона. Так может, объединяет их гораздо большее? // Why are we still looking for love?

Итак, с интернете полно бедолаг, которые, несмотря на предупреждения и отговоры, все-таки хотят прочитать этот ужас. Но многие люди, горящие желанием, не знают английского. Прошу вас не читать, если вы этого не хотите на 100% ЗАПОМНИТЕ: ПОСЛЕ ПРОЧТЕНИЯ ВЫ БУДЕТЕ НА МЕНЯ ОРАТЬ И МАТЕРИТЬСЯ ПО ПОВОДУ ТОГО "КАК ТЫ МОГ ТАКОЕ НАПИСАТЬ???!1!" 1.НЕ Я ЭТО ПРИДУМАЛ! 2.ВЫ САМИ ЭТО ПРОЧИТАЛИ! Я ВАС НЕ УГОВАРИВАЛ И ВЫ ЗНАЛИ НА ЧТО ИДЕТЕ! Еще раз, если вы не уверены - НЕ ЧИТАЙТЕ!

Прекрасное продолжение величайшей классики.

Тебе кажется, что ты взрослеешь постепенно, но, черт возьми, однажды это хлестнет тебя как ветка в лесу, отпущенная впереди идущим.

Все начиналось с простого пари.

В новом мире нет законов. Нет правил, нет морали, нет справедливости. В мире зомбиапокалипсиса только одна цель – выжить. Группа подростков начинает долгий путь в Токио, надеясь найти убежище, о котором все говорят. Однако надежда на спасение угасает с каждым днем. Япония заражена. Опасность подстерегает на каждом шагу. Безнаказанность порождает хаос и жестокость. Не так пугает мертвец, плетущийся по дороге, как живой человек, добродушно машущий рукой.

Любовь с отклонениями. По пятам Дазая всегда ходит Смерть, она забирает самых дорогих ему людей, но всегда обходит его самого стороной, несмотря на то, что он стремится в её объятия. И вот снова в его жизни появляется важный для него человек, в котором он видит смысл жить дальше. Но как долго он сможет прожить с Осаму, рядом с которым всегда его Любимая, готовая подарить последний поцелуй? И сможет ли сам Дазай принять прошлое человека, который скрывает за красивым лицом свою настоящую грязь?