– Но ты же сам видишь этот жир.. — Губы Акааши подрагивали. Он отвёл взгляд в сторону, боясь, что хотя бы краем глаза увидит этот ужас. Бокуто первое время молчал. Его рука все еще гладила оголенный торс Акааши, пока задумчивый взгляд не отрывался от тела одноклассника. В этом молчании Кейджи начал думать, что его возненавидели, но тут Котаро заговорил: – Акааши... — Он сделал небольшую паузу, собираясь с мыслями. — Это кожа, Кейджи... Ты разве не видишь?

"В школе было тоскливо и тихо, как будто из неё разом исчезли все люди. И только одна Хиёри ходила по коридорам, неся на плече футляр со скрипкой, звуки которой с каждым разом становились печальнее. Музыка, да и любое творчество, насыщеннее и честнее, если создано на основе страданий. В этом случае даже маленькая грусть была значимой нотой в игре девушки. Всё было так по-литературному драматично, потому что..."

Студент последнего курса филологического факультета Акааши невольно подслушивает, как мужчина бросает... своего парня? И, казалось бы, можно пропустить такую информацию мимо ушей, но, к сожалению, этот мужчина — новый преподаватель и научный руководитель Кейджи. Как будут развиваться их отношения? И могут ли быть вообще отношения между студентом и его сенсеем?

Педагогический состав университета, в котором работает Кенма, неожиданно пополняется. Знакомство с новичком проходит не самым лучшим образом, но, вот чудеса, превращается в рабочую драму. И пока Козуме влюблён в интернет-друга, всячески избегая реальную проблему, Куроо Тетсуро влюблён в своего коллегу, всячески избегая интернет знакомство.

Хуа Чэн возвращается домой со свертком в руках, выглядя очень виноватым. Спустя пару лет в коридорах Дома Блаженств слышится детский смех и радостное "Папа!".

Из Облачных Глубин Цзян Чэн вернулся не один, а с избранником. Янь Чжушань кажется хорошей партией наследнику клана Цзян, однако что-то Фэнмяня в нём беспокоит. Искренни ли его чувства к Ваньиню? Что недоговаривает его семья? И почему от него порой доносится странный стук?