Их отношения можно было бы назвать идеальными, но была лишь одна проблема – ток. Хольт в самый неподходящий момент бил током Диму, за что каждый раз стыдился и подолгу извинялся. Решением стала совместная работа над контролем эмоций, но финальный экзамен оказался в разы сложнее.

– Но ты же сам видишь этот жир.. — Губы Акааши подрагивали. Он отвёл взгляд в сторону, боясь, что хотя бы краем глаза увидит этот ужас. Бокуто первое время молчал. Его рука все еще гладила оголенный торс Акааши, пока задумчивый взгляд не отрывался от тела одноклассника. В этом молчании Кейджи начал думать, что его возненавидели, но тут Котаро заговорил: – Акааши... — Он сделал небольшую паузу, собираясь с мыслями. — Это кожа, Кейджи... Ты разве не видишь?

Вероятно, лучшим лекарством от простуды и любых других проблем является лишь возможность спрятаться под чьим-то крылом, позволяя напоить себя теплым чаем и накормить горькой таблеткой.

— Ушиб несерьёзный, но надо, чтобы в доступе был холод и можно было съездить до хорошего врача, если отёк не спадёт или боль усилится. Мы в дороге такого себе позволить не сможем. Из-за плеча Хинаты вышел Козуме Кенма и тоже посмотрел на покрасневший и опухший палец. — Сё… может остаться у меня.

— С вас, господин Рюдзаки, потребуется всего лишь навык доставлять женщине удовольствие, а я, в свою очередь... — Она наклонилась к его уху и, почти касаясь его губами, прошептала: — Поделюсь кое-чем о деле Киры. У детектива в зрачках что-то блеснуло. Неужто азарт?