Как сильно изменилась бы история, если бы события в Сиэтле произошли достаточно рано, чтобы Натаниэль оказался в Калифорнии в одно время с Эндрю? Что, если бы их пути пересеклись? Что, если бы первое обещание Эндрю было дано не Аарону, а Натаниэлю?

Эндрю возвращается в деревушку Пальметто после трёх лет скитаний, сам не до конца понимая, что же ищет — ответы на вопросы, которые так и не задал, или, возможно, самого себя. Но вскоре его мысли занимает Нил Джостен — загадочный, чертовски красивый ведьмак, который явно что-то скрывает. К тому же он невыносимо раздражает Эндрю… возможно, потому что тот никак не может выбросить его из своей головы.

Нил Джостен просыпается в мире, где всё выглядит как искажённое отражение его мыслей. Здесь коридоры тянутся бесконечно, двери ведут в никуда, а улыбки могут висеть в воздухе. Он не помнит, как сюда попал, но чувствует — выхода нет. Его преследуют фигуры прошлого, незаконченные обещания и загадочный Эндрю, чей голос звучит как эхо его собственного безумия.

Эндрю не совсем понимает, как он оказался здесь. Здесь - это в Хитроу, крупнейшем международном аэропорту Лондона. Того, что в Великобритании. Нет, он, конечно, помнит точную цепочку событий, которая и привела его сюда, но... Пока не осознаёт, не верит в это.

Их взгляды встретились, и у Нила перехватило дыхание. Он был уверен, что видел его раньше, но никак не мог вспомнить, где именно. Вряд ли он смог бы забыть встречу с кем-то настолько особенным. И уж тем более, невозможно было бы забыть это странное, почти неземное чувство — будто кто-то проник в его душу и остался там навсегда.

— Оу, обмануть профессора? — Эндрю сделал вид что задумался. — Что мне за это будет? — Да пикси тебя раздери, ты же в этом тоже заинтересован! Мы просто слоняемся по тёмному лесу, как два придурка, и только потому, что один джарви получил по заслугам! Чего ты хочешь? — Нил вспылил, а потом подозрительно прищурился. Эндрю задумчиво склонил голову набок и решил, что сейчас самое время взять ситуацию в свои руки. Он достаточно наблюдал со стороны. — Хочу узнать тебя получше.

Натаниэль много лет работает в «Балтиморской государственной больнице для душевнобольных преступников». Но Кевин Дэй упёрто решил, что он должен стать профайлером ФБР, и Всадник полностью с ним согласен. Что же случится дальше?

Когда Эндрю Миньярда направляют на ликвидацию кровожадного духа, он знает, что не задержится на этом задании надолго. Загнать призрака в круг из соли и пустить три пули в бесплотное тело и ребёнок смог бы — опытному ликвидатору вроде него не стоит и беспокоиться. Вспомнить бы только, что там говорится в должностных регламентах о шёпоте из стен, жутких особняках и нестандартном поведении призраков. Кстати, Эндрю уже говорил, что ненавидит следовать правилам?

Что-то не так с Нилом. Эндрю заметил, но не может сказать, что случилось, даже не знает, с чего начать. И кроме того, это не единственное, о чем он думает. Его бурные отношения с братом и планы на будущее после колледжа внезапно вырисовываются крупным планом. Нилу просто нужно будет сказать ему, если его что-то беспокоит. Ведь он пообещал больше не лгать Эндрю. Не после всего, через что они прошли. Не после того, как Эндрю сказал Нилу остаться. Он скажет ему, если что-то не так. Верно?

Нил и Эндрю испытывают на прочность свои отношения, переходят на новые уровни, втираются друг к другу под кожу, под рёбра и дальше – в сердце. Получится ли построить семью? Получится держать руки на рёбрах и считать удары сердца?

Всё закончилось так.

Случайно выбранный Эндрю сосед по комнате в колледже станет его смертью. Он вечно спорит, запутанный, неуловимый, слишком умный для своей собственной пользы, забывчивый и самый сексуальный ублюдок, на которого Эндрю когда-либо обращал внимание. Или: Эндрю беспомощно влюблен в своего соседа по комнате, и предпочитаемая Нилом комбинация носков до бедер и коротких шорт не помогает ему справиться с этим.

Эндрю двадцать восемь. У него хорошие отношения с братьями, работа, наслаждаться которой он научился, уютная квартира, два кота и Нил. Нилу двадцать шесть. У него есть семья, любимая работа, коты и Эндрю. Нил и Эндрю всегда вместе. Всегда будут вместе. Даже сквозь время.

Продолжение войны Нила и Аарона. Аарон заходит в комнату, застаёт Эндрилов, и все взрывается. Аарон все еще не доверяет Нилу и, вероятно, никогда не начнет, но он учится доверять Эндрю. С помощью Кейтлин и, что удивительно, Нила, он учится разговаривать с Эндрю и впускать его. Шаг за шагом.

Когда-то он продумывал варианты побега, а сейчас, уехав далеко от тревожного университета, как скорее вернуться.

Пять раз Нил говорит кому-то, что они с Эндрю не встречаются, и один раз Эндрю использует слова, чтобы прояснить ситуацию.

Сегодня Нейл вышел на пробежку по своему любимому месту. Дорога сворачивается в полуовал и ведёт на заброшенный завод, который никак не снесут, так что никакой идиот здесь не ездит. Ну или, по крайней мере, Нейл так думал. Пока его мир не погрузился во тьму навсегда.

Для Эндрю шибари — это искусство. Эстетика в чистом виде. Может отчасти способ получить контроль, которого у него не было. Сковывая кого-то в переплетения веревок, он словно медитировал. Для Нила шибари стало способом. Очередным способом справиться с одолевающей тревожностью. Способом отдать контроль, зная, что его можно будет в любой момент вернуть.

— Эндрю, я... Хочу умереть. Эндрю посмотрел ему в глаза. Серые, тусклые и безжизненные. У Абрама не было воли к жизни. Абрам хотел умереть.  — Я тоже. // Абрам и Эндрю познакомились, когда им было по 13 лет. В то время у обоих не было желания жить.

Нил даже не думал, что обычная дружба с одногруппником может стать проблемой. Но для Эндрю Лиам — не просто друг, а раздражающий фактор, повод для ревности и причина для негласного противостояния. Нил привык к холодности и сдержанности Эндрю, но, похоже, в этот раз его терпение на исходе. Как далеко зайдёт ревность, и сможет ли Нил доказать, что для него есть только один человек?