— Если ты умрёшь, это не так страшно. Но что будет, если он сделает то же, что и со мной? — слова даются Эндрю с трудом. Даже не из-за мертвеющих голосовых связок — ему эмоционально больно вспоминать свою смерть. Нилу тоже — он присутствовал рядом в тот момент. Это он видел всё это своими глазами, его губы шептали слова молитвы, которую он, казалось, давно забыл, его дрожащие пальцы впивались в ладонь, оставляя на руке кровавые полумесяцы от ногтей. Это он отчаянно желал, чтобы Эндрю не выжил.

У Томы по жизни всего две проблемы. Раз: членство во всех существующих студенческих организациях. Два: английский язык Камисато Аято. // универ!AU, в которой Тома соглашается быть репетитором Аято, и это приводит к настоящей катастрофе

Нил дал три обещания матери перед её смертью: никому не раскрывать свою личность, продолжать бежать и ни за что не использовать магию отца. Однако ему приходится нарушить каждое, чтобы защитить свою новую семью, а впоследствии и весь мир, хочет он того или нет.

У Жана есть свои проблемы с зубами и укусами, но даже когда Джереми случайно ошибается, это не ощущается как что-то страшное. Ему не больно, дышать всё ещё легко. Наверное, всё дело в том, что Жан не позволяет себе думать слишком много — в конце концов, о чём волноваться, они же не встречаются, хотя дружба после такого явно не сможет оклематься.

В комнате оказалась лишняя кровать, которой здесь никогда не было. Шкаф Дилана внутри поделился на две части: пустые полки и те, что предназначены ему. На вопросы парня родители лишь улыбались, говоря, что это сюрприз. Сюрприз, который никогда не снимал свои голубые очки, шарахался от громких и недовольных вздохов Дилана и к тому же оказался мироходцем. Мироходцем, которых считали в этом мире нелюдями и использовали как подопытных крыс...

Рико заставляет Эндрю трахнуть Натаниэля. || Вороны!AU

Налаженная самодисциплиной и стремлением к целям жизнь способна уничтожиться после одного телефонного звонка, как уничтожаются внутренности законсервированной банки после попадания свежего воздуха. Саске не готов переступать никаких линий, но одна — порочная — сводит с ума в каждом сне.