Ау в котором нет Нила, а есть только Натаниэль. Натаниэля никогда не продавали воронам. У него хорошие отношение с семьёй. Его родители знают что он би. Когда он выбрал команду лисов,вместо воронов, родители были непротив.

ооо, давайте подпишу — улыбнулся брюнет и взял бумаги. Он хихикнул, когда Ваймак протянул ему оранжевую ручку с лисьей лапой на покрытии. Отдав ручку и листы, он побежал внутрь раздевалки, подбегая к двери, он проскочил внутрь и хихикая от адреналина в крови, Джостен услышал свист, как при замахе клюшкой, он резанул слух и в поле зрение попала ручка клюшки и сама сетка. Нил перехватил клюшку руками и впечатал ракеткой напавшего на него блондина, что явно был вышел него на пол головы.

Ау в котором Нил и Натаниэль близнецы. Тут будет немного про их жизнь в бегах и про поступление в университет Пальметто.

Натаниэль вновь приезжает в лагерь под названием "лисья нора" Будет ли ему так же скучно как и последние 3 года? Или же случится то, что изменит его жизнь от А до Я? Сможет ли он пройти через все свои трудности, что бы быть со своими друзьями? Любимым человеком? Сможет ли он он наконец спастись от своих детских кошмаров? Или же они поглотят его?

Что если в семье Веснински было трое сыновей, как бы все сложилось?

— Каркнул ворон, — сторонний слушатель бы на это подумал, что Нил бредит, но не Стюарт, потому что именно Стюарт предложил использовать строчку из стиха Эдгара Аллана По в качестве опознавательного знака, что оба собеседника — те, за кого себя выдают. — Nevermore, — выдохнул Стюарт. Он замолчал на долгие секунды, и Нил был уверен, что дядя собирается бросить трубку, когда тот продолжил. — Нил? Что случилось? Или AU: После смерти матери Нилу некуда бежать, поэтому он звонит Стюарту.

Натаниэль Веснински, скрывающийся за маской Нила Джостена, совершенно не умеет держать язык за зубами. Только в этот раз за его спиной три преступные группировки. Как всё обернется? (описание изменено)

Удар. Боль. Темнота. А потом – свет. Он открыл глаза и увидел не асфальт, не машины, не знакомые улицы. Лежа на траве, он вглядывался в этот мир, вцепившись пальцами в землю, словно пытаясь нащупать хоть что-то знакомое. Но ничего не было. Только чужая реальность. Только вопрос в голове: «Где я?»