- Мразь, - просипел он, задыхаясь. - Я тебя убью. Клянусь Богом. Последнее в своей жизни, что ты увидишь будет моё лицо. В изумрудных глазах был не страх, который так надеялся увидеть Чонгук. Там была ненависть вперемешку с презрением. Даже на волосок от смерти Тэхён продолжал на него смотреть как на насекомое. Жалкое насекомое недостойное даже его пальца.

Не говори, что мы были просто друзьями, хотя это не имеет особого смысла, потому что мне уже не больно, я напряжён, ведь знаю, что буду в порядке без тебя, милый.

— Не значит, — Чонгук улыбается, его рука ложится на бедро Тэхёна и медленно скользит вверх к паху, Тэхён успевает перехватить его за запястье, на что Чонгук улыбается шире. — Но что нам мешает? — Друзья не трахаются, — хрипло отвечает Тэхён, убирая руку Чонгука подальше от своего паха. — Кто сказал? — Чонгук лукаво ухмыляется, прищурив глаза. — Все просто и без обязательств, не нужно никого искать на стороне, когда приспичит. А взамен охрененные оргазмы и пустые яйца. Идеально, не находишь?

Что делать, когда не можешь коснуться любимого? Когда каждое движение кажется запретным, а каждый взгляд — опасным? Что делать, если не можешь кричать о своей любви, пряча свои чувства за маской улыбки и светящихся огней сцены? Что делать, когда ты мировая звезда, и ты сам себе не принадлежишь?

- Ты так стремишься не соответствовать установленным в нашем обществе рамкам, что готов идти по головам, выкручиваться, - раздраженно говорит Чонгук. - И даже не задумываешься, по кому можешь пройтись. Я тебе в этой жизни ничего плохого не сделал, всегда шел навстречу. - Это моя жизнь, - шипит Тэхён, - и я хочу своего счастья, хочу жить так, как надо мне. - Ты мог быть счастлив, - тихо отвечает Чонгук, - но даже не заметил этого шанса. И упустил его. Черные глаза обвиняли, Тэхён отвел взгляд.