— Да задолбало мне с тобой чаи пить! — не может больше сдерживать негодование Юнги. — Если ты и дальше будешь так ужасно тупить, то и в постели снизу будешь тоже ты! — выпаливает, чуть ли не дымясь от злости.

-Звезда приведёт, к тому, кто вас ждёт. - Незнакомец загадочно улыбается и вгрызаясь в сэндвич, уходит оставляя брюнета на площади. Поразительно, как одиноко может быть в толпе. Юнги озирается по сторонам, что, если Чимин здесь прямо сейчас, но он не видит? Как отыскать его? В огромном Нью-Йорке, среди миллионов незнакомых лиц… Ты и правда ждёшь меня Пак Чимин?

Юнги, будучи котом откровенно уличным, не лишенным боевых шрамов и скверного характера влюбляется в совершенно очаровательную домашнюю кошечку с нежной золотистой шёрсткой и большими васильковыми глазами. Кошечка на поверку оказывается котиком, отзывается на «Чимини» и «Золотко» и имеет с окружением Юнги гораздо больше связей, чем кажется на первый взгляд. Ну а где-то там на фоне (не)безответно влюблённый Намджун, вечно одинокий Хосок и обманчиво дерзкий Чонгук.

— И для чего искал меня? Чтобы надеть наручники? Или искал целых семь лет, чтобы сказать, что разлюбил? AU: Инспектор Мин, протягивая свою руку, даёт преступнику шанс выбраться из грязи. Чимин, ухмыляясь, выбирает смерть. История, в которой Юнги не хотел втягивать своего омегу в преступный мир. Но Чимин всё равно последовал за ним. Последовал и остался там. Даже после того, как самому Мину удалось оттуда выбраться и стать полицейским.

Юнги не слишком любит кошачьих гибридов, потому что они ветреные, суетливые и часто пропадают, когда стоит отношениям стать хоть капельку серьёзными. А потом он встречает Пак Чимина и надеется, что в этот раз всё будет иначе.

Агуст - ангел, изгнанный на землю и лишённый крыльев за сквернословие, пьянство и прелюбодеяние. Вернуться назад он сможет только тогда, когда исправится сам и спасёт чью-то грешную душу. (Навеяно сериалом "Сверхъестественное")

Холодный и циничный режиссер-альфа Юнги, считающий омег не более чем помехой, однажды находит под проливным дождем промокшего до нитки, потерянного омегу с волосами цвета сахарной ваты. Решив проявить несвойственную ему жалость на одну ночь, он и не подозревает, что этот невинный мальчик, не знающий даже азов отношений, растапливает лед вокруг его сердца сладкой искренностью и тихим теплом.