Что будет, если Шепард не вступит в ряды Альянса, Вакариан останется преданным офицером Иерархии, а события будут разворачиваться в период Войны первого контакта между турианцами и людьми? Ответ очевиден. Некоторые судьбы предопределены. Некоторым путям суждено пересечься. Некоторые чувства вспыхивают подобно сверхновой, преодолевая пространство и время, и не важно, насколько альтернативна твоя вселенная.

Искупление – странная вещь. Оно никогда не приходит в том виде, в каком ты его ждешь. Не в раскаянии перед Визенгамотом, не в штрафах и конфискованном имуществе, не в унизительных допросах и презрительных взглядах. Настоящее искупление начинается с дороги по пустым коридорам Министерства, когда каждый шаг доброволен, но дается тяжелее предыдущего. Когда приходится переступить через собственную гордость и постучать в дверь человека, которого когда-то считал злейшим врагом.

Гаррус пытается понять, могут ли турианцы "заниматься любовью" или всё всегда заканчивается жёстким доминированием. Нам тоже очень интересно, Гаррус...

– Я знаю только один вид в галактике, который выражает свои эмоции схожим образом. Ты точно не с Палавена? — Котенок не ответил. Он уставился на нее широко раскрытыми голубыми глазами, полными невинного недоумения. – Любопытно... напоминает субвокалы. Гаррус издает похожий звук в состоянии покоя и умиротворения. – Она усмехнулась. – Пожалуй, стоит их познакомить. Уверена, у нашего турианца нашлась бы общая с котенком тема для беседы – сидели бы и урчали о калибровке и когтеточках.

Ничто так не снижает уровень стресса в организме турианца, как кототерапия. Но сам турианец об этом даже не догадывается. Более того, он ворчит и сопротивляется.

Старпом подняла взгляд от терминала, и ее бровь изогнулась при виде того, как командир на четвереньках обследует пространство под столом и за креслами. — Потеряли что-то, коммандер? — Котенка не видела?