— А, точно, Намгю. I'm sorry, my boy, — он скользит руками к чужой талии и неотрывно смотрит, как длинноволосый приземляет яркую таблетку на свой кровавый от слизанной крови язык.

Парни живут вместе, в небольшой квартирке. Обычно Танос читает рэп, а Нам Гю занимается домашними делами. Часто бывает, что парень на бэк вокале у рэпера. Это был обычный день, но необычная просьба от Таноса постонать в микрофон для трека.

И это кажется настоящим спасением - сначала быть рядом до боли, до жалобных стонов, до рваных вздохов и мятой простыни. А после - лежать в обнимку и тихо плакать, всю боль вымещая. Отдаваясь этой печали полностью: сжать и до этого мятую ткань, уткнуться в шею, долго шептать о ненависти и чем-то наболевшем - даже если не услышат, даже если не попытаются.

история о том, как нам гю волосы субона красил

Танос не оборачивается, но через зеркало у рукомойника ловит взгляд тёмных глаз. Намгю так и остался у кабинки, с усмешкой наблюдая за чужими метаниями, и только руки поднял, показывая класс едва видневшимися из-под рукавов пальцами. Он раскусил Таноса за секунду, сам оставаясь безумной загадкой.