Сакура с детства мечтала, как выйдет замуж за Саске. Ее жизнь была распланирована до минуты. Реальный мир был немного сложнее и... С некоторой долей энтропии в виде незнакомца с седой небрежно уложенной шевелюрой

Есть ли такая вселенная, где эти двое просто друзья?

Теперь они встречаются во снах, связанных исключительно с водой.

Что будет, если Шепард не вступит в ряды Альянса, Вакариан останется преданным офицером Иерархии, а события будут разворачиваться в период Войны первого контакта между турианцами и людьми? Ответ очевиден. Некоторые судьбы предопределены. Некоторым путям суждено пересечься. Некоторые чувства вспыхивают подобно сверхновой, преодолевая пространство и время, и не важно, насколько альтернативна твоя вселенная.

Сатору давно не выбирался на природу — с тех пор, как бросил Кендис. А вчера он узнал, что она покончила с собой.

Когда Ужасный Волк предал Завесу — мир начал трескаться. Из этой трещины появилась Рук — не спасение, а последствие. В её теле живёт чужая смерть, в её голове — голоса, что не смолкают. Рядом — Луканис, одержимый демоном, чья ярость древнее слов. И когда старые боги проснутся, не божественная воля решит исход, а та, кто никогда не просила быть частью этой истории.

-Могу я называть вас…тебя Хён? –Омега смущённо спрашивает разрешения, потупив сверкающий взгляд. -Я скорее оппа, –Горько усмехается Юнги, когда в голове возникает простая математика. Разница между ними лет двадцать, и хочется спросить о возрасте, чтобы убедится наверняка, но альфа не спрашивает. Он хочет остаться в спокойном неведении, опасаясь, что омега моложе, чем можно представить. -Так даже лучше Юнги -оппа...

Имя — всё, что у неё было, когда она очнулась где-то в северной Скандинавии, среди снега и огня, вблизи от школы Дурмстранг. Не помня своего прошлого, она не знала, что может помочь ей обрести себя. Дамблдор же был уверен, что девушка, обладающая необъяснимо огромной силой, связана с чем-то важным и таинственным, что повлияет на ход истории. Она же была уверена только в одном: лучшая защита — это нападение.

— Тронешь его хоть пальцем, — хрипит Сатору, — и я убью тебя. Или: В одном мире Годжо Сатору разрубают пополам. В другом мире Тодороки Тойя открывает ужасающе яркие голубые глаза.

"Оставь надежду всяк сюда входящий" - гласила надпись на вратах Ада. В корне неверное утверждение, ибо истинный свет может родиться только во тьме. Сможет ли горнило бездны закалить истинные чувства? Смогут ли те, кому судьбою предначертано постичь непостижимый замысел преодолеть препятствия, чтобы быть вместе?

Вакариан! Заткнись, расслабься и получай удовольствие...

Залипла на пальцы Гука, пока он меня застёгивал. И расстёгивал. Туда-сюда-обратно, тебе и мне приятно! Кажется, у меня кинк. Это нормально для пуговицы?!

В этой любви была толика расчёта. Розовые очки не дали разглядеть ей, с кем она заключила сделку.

Писатель Максим, страдающий от творческого выгорания, отправляется на ферму в поисках вдохновения. Но место, обещающее покой и уединение, приносит с собой тени прошлого. На пороге его встречает Данила, некогда школьный мучитель, а теперь — отец четверых детей, владелец фермы и, как выясняется, совсем другой человек. Прошлое всплывает, вызывая вопросы и неожиданную близость. Возможно ли простить? Возможно ли построить что-то на руинах когда-то сломанного?

Володя и Юра по стечению обстоятельств теряют связь на десять лет. Каждый давно живет своей жизнью, лишь мимолетно вспоминая прошлое. Смогут ли они перенести случайную встречу друг с другом? Что может на самом деле случиться, если они вновь увидятся?