Было ощущение, будто он улыбался всегда. Даже если ему будет в последней степени паршиво, он будет улыбаться – такое впечатление было у Чуи. Он выглядел бесконечно беззаботным человеком, без рамок и ограничений, который был готов на любое баловство и преступление. Будто терять ему было нечего. Накахаре показалось это безумием.

- Ты боишься меня? – мягко поинтересовался он, чуть склонив голову вбок. Взгляд его был открытым и заинтересованным. Чуя коротко кивнул, крепче прижимая колени к груди. В ответ послышался разочарованный вздох. - Не надо, я не причиню тебе вреда, - господин устало прикрыл глаза. – Я не привык плохо обращаться с прислугой.

Осаму Дадзаю всего двадцать два, но он, видимо, рождён гением, которого не понимает мир, раз предпочитает яркому летнему дню каникул прохладный и тихий морг своего дядюшки Огая Мори, методично колдующего над мёртвыми телами чуть ли не каждый день. Вот только если дядюшка узнаёт причину смерти очередного бедняги в процессе вскрытия, то Дадзаю даже не нужно смотреть на тело — ему обо всём рассказывают беспокойные души умерших, которых видит и слышит, к сожалению, только Дадзай.

Технически, во всём виноват Дазай. Чуя уверен, что ничего из этого бы не случилось, не будь Осаму самим собой. Точнее, не будь собой любая из его версий.

Накахара Чуя покинул свой дом месяц назад. Вещи на месте, сообщений нет, тайники нетронуты — исчез. Куда он делся, не знала ни одна душа в Йокогаме. Даже Дазай. Особенно Дазай, потому что прятался Чуя именно от него — уж в этом Осаму был уверен.

Дазай Осаму давно отказался от той жизни, где он способен искренне чувствовать и проявлять эмоции, с каждым днём больше уподобляясь машине, которую стремились вылепить из него с юношества. Однажды столкнувшись при странных обстоятельствах с нарывающимся на неприятности и не чувствующим страха Чуей Накахарой, правая рука Мафии даже не догадывается, как сильно может изменить его жизнь эта встреча. ( AU без способностей)