Эти солнечные дни откровенно достали.

дружи со мной, дружи со мной, дружи со мной

Добро пожаловать домой, придурок.

В нужных местах синяков у пацана почти не было. Только от прерывающейся линии на шее за километр несло личным. Вот она нагнетала жути, да. И глаза, конечно. Были еще глаза. А в остальном — совершенно обыкновенный. Не было в нем чего-то особенного, за что можно было добровольно и безжалостно взять и разорвать свою жизнь надвое. Обычный избитый пацан. На улицах таких тысячи. AU, в котором по заслугам получил Шэ Ли, а страдают все остальные. Будет больно.

— Когда-нибудь я научу тебя пить нормальный алкоголь.

Его черные бинты в бурых пятнах, кровь течет по роже — и он отвратителен, как дворовая псина или канализационная крыса. На таких даже смотреть не хочется. Но Чэн отворачивается, чтобы уйти, а он кидает ему в спину грубое «ну и иди нахуй». Поворачивается — и он не извиняется. А это уже не по правилам. На это уже нельзя не смотреть.

Спасаешься, потому что чувствуешь себя беспомощным передо мной? Понимаешь, что если я сейчас вытащу тебя из мнимой обороны, то ты останешься сидеть у стены до утреннего обхода? Такой нетерпеливый, задетый за живое, но трезвомыслящий подонок.