Моя жизнь состояла из смерти и секса. Ни любви, ни тоски, ни жалости. До тех пор, пока я не встретил его. Он напомнил мне Костю своими движениями, жестами и цветом волос. Но он был шлюхой. Я злился оттого, что Ник будто порочит его имя. Что говорить, я больной урод с искалеченным подсознанием.

Всегда считал, что мой мир непоколебим. Непоколебимо хорош и стабилен. Пока не попал в это чертов город, пока не встретил всех этих отморозков из школы, пока не потерял своего парня. А ведь я всегда думал, что жизнь везде одна, что она неизменна, хотя бы для меня. Что всегда будут друзья, деньги, дорогие шмотки, новые гаджеты в карманах и белые найки на ногах. Но я ошибался.

Что-то сломалось внутри, какой-то винтик. Вообще нет чувств, будто опустошили. — Паш, я спать. — А ужин? Я столик заказал в «Малевиче» еще в понедельник. — Я спать, Паш, — Ник просто захлопнул дверь в спальню, не раздеваясь, лег на кровать и отключился. Паша уехал ужинать с друзьями, а Нику снилась университетская курилка и ментоловый вкус сигарет на губах совсем нелюбимого парня.

"Даня" - нет, это имя лучше даже про себя не произносить, оно горчит на языке невыветривающейся тоской. Все чаще хочется дотянуться до телефона и набрать его номер, но такой низости Марат себе позволить не может - не в его принципах напоминать о себе бывшим, как бы сильно ни любил. Он одиночка, почти что волк, и он с собой справится сам. Красивая обложка by zateewa: https://sun9-55.userapi.com/c856032/v856032471/203542/xZUudsGppTc.jpg

Тим сполз по сте­не. Сер­дце дро­жало и ос­та­нав­ли­валось. Он всег­да до ужа­са бо­ял­ся фи­зичес­кой бо­ли и он хо­тел, что­бы Са­ша сам вы­бил свой об­раз из его го­ловы. «От люб­ви до не­навис­ти один шаг, и этот шаг - боль», - ре­шил Тим, уто­пая тогда в ар­кти­чес­ком хо­лоде его глаз. Не выш­ло - лишь гу­бы кро­вото­чили силь­нее, а в го­лове буд­то рой пчел ожил. На гла­за на­вер­ну­лись сле­зы. Тим закрыл голову руками, погружаясь в тишину собственных мыслей. Не сработало.

Саша ждет Тима, но Тим опаздывает.

- Придется тебя убить и оставить здесь, извини, но я не могу допустить, чтобы кто-то узнал о нас.

Макс подпевал, сам того не понимая, зная чётко теперь только то, что он ему нужен, очень нужен, такой, как есть — в вытраханных кроссах, в совсем не специально и некрасиво рванных джинсах, курящим две за раз, с той телкой в анамнезе и печалью во взгляде. И это не для фотосета, не для искусства в целом, творчества в частности и тем более не для публики, потому что слишком личное. Отличная обложка от zateewa https://sun9-52.userapi.com/CEV7TKe_rCmzcSWVXQpb3u1mvFtTXXkCR4JclQ/PSGt_7fD3C4.jpg

— Мне тоже страшно, что ты устанешь со мной возиться. Найдешь кого-то более подходящего. С меньшим количеством проблем. Но я вспоминаю, через что мы прошли. И если ты остался после всего, значит, уже никуда не денешься. Так я себя успокаиваю и отодвигаю своё "после" за горизонт.

— Но я люблю напрягаться ради тебя, детка, — прошептал Макс. Рука поползла вверх под черную футболку, добралась до выступающих ключиц и слегка сжала горло.

В октябре он предпочитал только Стинга. Хороший месяц, любимый город, прежняя жизнь. Прежняя, да не совсем, кое-кого в ней больше никогда не будет. Кое-кого очень важного. Он прибавил громкости. Стинг пел о бедном мальчике, который угоняет дорогие машины и представляет себя кем-то другим. Симон хотел бы стать кем-то другим, как тот мальчик. Обложки от zateewa всегда прекрасны: https://sun9-60.userapi.com/ES64DWi4cFMKnpFeWrA9OVxwBlewBGuenAnY8Q/3y5mSwvBupc.jpg

- Ты мне обещал. - Я знаю. - Ты обещал. - Я не смогу. - Сможешь.