Он готов отдать все что у него есть ради него, убьет кого угодно, готов собрать все звёзды с неба, лишь бы он был рядом и улыбался.

Он сидит в сердце машины. Обрезанные крылья дрожат от боли, а трубки уносят свет из его вен, как воду из колодца. Уриил — не ангел, не создание, не существо. Он — ресурс. Механизм. Остаток. Его голос — забытая песнь, которую слушают только стены. А Гавриил?.. Он — тот, кто должен был уйти. Кто ушёл. Но иногда он возвращается. Приходит, чтобы услышать, жив ли он ещё. Чтобы смотреть, но не касаться. Он говорит, что ничего не может изменить.

До слуха его докасается тихая молитва, взывающая к Господней милости. Тем самым голосом, что лопотал днями ранее над дорогим своим дитя. Слова те манят тех, кто не приобрёл лицо своё, но в ту же ночь, ведомый молениями о праведнике своём, порог переступает тот, кто и навлёк на сей дом великое горе.

—«Почему ты сделал это, шестой?.» Привычно холодный, строгий тон Гавриила заставляет слегка вздрогнуть.. Но остаться таким же безэмоциональным, и в какой то мере спокойным. Умел же этот гад чётко сохранять спокойствие, не подавая и малейшего страха.. О ответ на вопрос богоподобного слышится.. Ничего. Тишина, ничего более.

Гавриил погряз в яме употребления и ломок — Интрудер дилер и его наркодруг.