Влюбиться в брата лучшей подруги — худшее, что могло со мной случиться. В детстве это была просто глупая симпатия. Сейчас всё слишком сложно. — Посмотри на меня, — Голос Чонгука звучит ровно. Он стоит передо мной, не давая уйти. Он стягивает футболку, и на секунду мне кажется, что это очередная попытка сбить меня с толку. Но нет. Шрамы. Глубокие, слишком настоящие. От них веет болью. — Сейчас я стою перед тобой, оголив нечто большее, чем просто тело. Достаточно искренне для тебя?

Наен встретила закат человечества в серой подворотне, поджав ноги к груди и внимательно наблюдая за взъерошенной, толстой крысой. Она крутилась вокруг, пищала и тревожилась, а Наен теребила собранные в замок пальцы, царапая крохотные ссадины на коже. Зараза добралась до Сеула стремительно, распространилась всюду, словно шаловливый и неосторожный ребенок задел одну из костяшек домино, обрушив и без того разваливающийся мир. Крыса замерла. Наен тоже затаила дыхание.

- Вакансии... Няня? Сколько!? Зарплата такая высокая, неужели и правда няням столько платят? Так подумать за два месяца я смогу полностью отдать долг и жить спокойно...

Я знал, что эта игра не сулит ничего хорошего. Тем не менее, мы оба сыграли. И оба потерпели поражение.

– Разве я ненормальный? А ты? – настойчиво спросил старший брат, притронувшись в темноте к твоей руке. – А ты считаешь нормальным мое желание сделать вот это? Как в тумане, ты взяла его руку и положила себе между ног. Боже, ты так давно хотела это сделать. К своему удивлению, ты почувствовала, как Чонгук напрягся, но не отстранился. – Мы не должны делать этого, – еле слышно прошептал он, словно уговаривая не тебя, а самого себя. – Но ты же не отрицаешь, что тебе тоже хочется?

Он - сын проститутки, а она - инструмент для получения прибыли через «удачный» брак. Они стали сводными братом и сестрой, желавшими сбежать от суровой реальной жизни вместе. Это история о том, как запретная любовь подарила двум сломленным крылья. Выросшие в жестокости, смогут ли они сохранить эту любовь или же станут подобными своим родителям - аморальными?

Уведомления всплывают на экране одно за другим. Суён: «Мой отец улетает в Дубай, приезжай» Мистер Чон: «Я улетаю в Дубай, поедешь со мной?» Тэхён не задумываясь открывает нужный диалог.

Внезапно в объективе камеры я увидела человека, с которым, как мне казалось, я больше не встречусь никогда. Чон Чонгук... Имя, которое, словно сквозняк, в один миг приносило свежесть, а в другой — пробирало холодом до костей. В этот момент все мои мысли вернулись назад к стенам нашей старой школы. Я почувствовала, как обрывки из горьких воспоминаний прорастают внутри меня, словно колючие лозы, разрывая мой идеально выстроенный мир, в котором больше не было места для этого человека...

«Дистанция – это лишь слово, придуманное тем, кто боится быть слишком близко»

По всем законам жанра у меня должен был быть обычный выпускной класс, во время которого я, наконец-то, хотела признаться самому популярному парню нашей школы и капитану баскетбольной команды в одном лице. Но что-то пошло явно не так, когда я задержалась в школе дольше обычного и услышала то, что не должна была. А дальше я стала совершать один глупый поступок за другим, и не знала, что мне со всем этим делать...

— Она смотрит на меня так… странно теперь. У неё… прямо горят глаза. — Быть может, это то же самое? Новое проявление её любви? — предположила Уджон. — Нет, — мужчина отрицательно потряс головой, иронично улыбаясь, будто госпожа Чхве болтнула какую-то глупость. Тэхён облизал губы и чуть наклонился вперёд, прикасаясь пальцами к своим губам, перед тем как тихо проговорить: — Ощущение, словно в этот момент она вонзает нож мне прямо в сердце, снова и снова, снова и снова...

Он — её тень. Беззвучный, незаметный, неизбежный. Он следует за ней, где бы она ни была: по утренним улицам, сквозь людские толпы, в тишине ночных переулков. Он знает, какие цветы она любит, какие сны прячутся в её усталых глазах. Он мечтает принадлежать ей…Быть тем, кого она держит в своих мягких, ласковых руках, нежно и властно одновременно.

— Я выясню, кто виноват. А она — мой ключ. Я заставлю её всё вспомнить, чтобы не случилось...