Феликс увлечённо читает книгу, которую недавно купил, не подозревая, что это не просто история. Лишь на последней странице он находит странное заклинание… и как только произносит его вслух, реальность вокруг исчезает. Очнувшись, он понимает, что оказался в совершенно другом мире.

Минхо лишь хотел разбавить атмосферу и поиграть с этим пареньком. Кто же знал, что он возбудится от щекотки.

— М… Минхо… — только и смог выдавить из себя Хан. Ему показалось, словно из него выкачали всю возможность говорить. Ли прищурил свои глаза. Сейчас его массивная фигура выглядела иначе, чем пять лет назад. Он был шире в плечах и выше. Джисон просто не мог стоять и не дрожать под взглядом этих ночных глаз. — Хан Джисон, — Сухо. Безэмоционально. Спокойно.

Чтобы не попасть в колонию для несовершеннолетних, Джисон перевелся в пансион для трудных подростков, где ему дали последний шанс. Вот только сможет ли Хан им воспользоваться, когда в новом месте все ученики ещё более отмороженные, чем он сам?

Парень наклонился ближе, кончиком своего носа коснулся щеки Джисона и снова усмехнулся. Жаль, что из-за темноты не было видно его улыбки. Не было видно того, кто находился сейчас перед ним. — Пожалуйста, — Джисон перешёл на шёпот, — поцелуй меня. Мне кажется, я скоро сойду с ума, если не почувствую твои губы вновь. Зачем вообще Джисон начал играть в эту игру, если знал, что он заведомо в ней проиграет? Он молился сейчас лишь об одном: чтобы свет никогда не включался.

— Хан Джисон, — Повысил голос Минхо. — Какого хрена в тебе пробка? Зараза ты мелкая. — Это вибратор. Но неважно, — Хан всхлипнул. — Мне было так недостаточно на уроке.. мне нужны вы, пожалуйста.. — умолял он.

Феликс ненавидит его всей своей пропитанной перманентной болью душой и мечтает вдавить его красивое холеное лицо в асфальт. Хенджин ненавидит Феликса не меньше, но вдавливать он хочет его только в свою постель.

«В тихом омуте черти водятся», — достаточно рабочая фраза. В её правдивости убеждается именно Хенджин, когда приходит в дом скромного, тихого, культурного и словно королевского мальчика-отличника Феликса, что согласился помочь ему с учёбой. — У тебя тут члены в коробке… — Здорово. За внимательность ставлю тебе пятёрку. А теперь закрывай крышку и садись за стол.

В этой проклятой богом дыре, над которой вечность висит черное облако человеческих грехов, он находит во враге то, что последние десять лет искал по всему миру.