— Значит, ты хочешь все закончить? — спрашивает Чимин и добавляет еще один палец, а Юнги закатывает глаза от того, как внутри становится тесно. — С удовольствием, — цедит он. Он знает — его решимость до первой течки. Чимин это тоже знает, поэтому ухмыляется особенно ядовито.

Воспылает ли Огненный Ландыш вновь на руинах прежней жизни, потеряв Силу, став разменной монетой в чужих интригах и королевской наградой холодному и черствому альфе?

Нет ничего более объединяющего, чем общий враг

Холодная стрела легла в белую руку. Подавший ее альфа в поклоне попятился назад к остальным шести советникам. Всех их вытащили посреди ночи в тронный зал, поэтому лица были одновременно помятыми и взволнованными. Юный омега повертел подношение в пальцах, взглядом пробежавшись от окровавленного наконечника до оперения, и тихо спросил: — Чья это кровь? — Мне очень жаль, господин, но ваш брат… Это его кровь. — Интересные времена грядут, — только и сказал омега.

Получить одновременно работу мечты и альфу, о котором ты даже не мечтал? Что ж везет, так по-крупному! Ради этого можно и маньяка-убийцу найти. И похитителя сокровищ отыскать. И древнюю вазу династии Мин вернуть владельцам. И самое страшное... научиться готовить.

В мире людей, где оборотни лишь миф, они живут совсем рядом. В стаях или поодиночке, волки создают союзы и семьи, стараясь найти своих истинных альф и омег. Том возвращается в родной городок, в надежде привести мысли в порядок и определиться со своим будущим. Он − омега-одиночка, выросший вдали от стаи и никогда не видевший других волков. Поэтому знакомство с местной стаей оборотней становится для него настоящим сюрпризом, как и встреча со своим истинным альфой.

Юнги — тату-мастер, создающий несмываемые рисунки на коже. А еще он омега и пахнет ромашками. Однажды на сеанс приходит улыбчивый Хосок, торгующий мимолетной красотой в цветочном магазине. Юнги никак не может понять, чем пахнет этот альфа, но и выкинуть его запах из головы не получается. И хочется вдохнуть глубже.

В эпоху воюющих провинций, в жерле спящего вулкана и на рисовых полях Зеленой долины разворачивается хроника любви, сотканная из пепла, чернил и семнадцати лет тишины.

И он никакая не морковная тёрка, не помпон с ушами, не грызун с грядки, он — офицер полиции, и вот сейчас-то… — Чон Чонгук!!!! — громогласный рык капитана заставил вздрогнуть и вынырнуть из своих мыслей о возможных предстоящих подвигах. — Да, капитан! — Чонгук вскочил со стула, запутываясь в ногах, но удерживаясь и вытягиваясь в струнку. А вот стул в отличие от хозяина, всё же не удержался и с грохотом упал.

Возможно, им стоит меньше драться и больше разговаривать друг с другом, но пока получается только больше целоваться, что для начала уже было неплохо.