Гермиона не хотела детей. Она даже разрушила отношения с Роном из-за нежелания становиться женой и матерью в ее-то годы. У нее же вся жизнь впереди. Все успеется... Ага, как же! Итак, ей 24, она молодая, независимая и очень самостоятельная — ей это нравится... Ну и немного беременная... — вот это ей совсем не нравится!

Гарри Поттер мертв. После окончания войны, чтобы укрепить свою власть, Волдеморт прибегает к программе повышения рождаемости и возрождения магического населения. У Гермионы Грейнджер есть тайна, скрытая и защищённая ее разумом, которая ставит под угрозу существование нового режима. Поэтому ее, как пленницу, отправляют к Верховному Правителю, чтобы взять под контроль и использовать в качестве суррогатной матери. Пока ее разум наконец не будет сломлен.

Война длится третий год. Гермиона Грейнджер попадает в плен после неудачной миссии, наивно полагая, что единственное, ожидающее её дальше - это старая добрая гуманная смерть. Но она не знает, что у Волдеморта приготовлена для неё особая роль в его игре, в которой не победить, если не пойти на сделку с совестью и собственными принципами. Особенно, когда вторым игроком становится тот, кто выигрывает всегда, даже если играют грязно.

Пока ты смотришь в будущее, будущее смотрит на тебя. Проблема лишь в том, что оно смотрит глазами, которые как две капли воды похожи на глаза твоего врага — идеально серого цвета.

На мгновение виснет давящее, будто под прессом, молчание, когда их взгляды встречаются. Она даже не уверена, смотрит ли он ей в глаза. Зрение до ужаса подводит в столь нужную минуту. Она опускает глаза на его плечо, на разодранную ткань рубахи, перепачканную кровью и ещё чем-то… У Гермионы крошится где-то внутри. Корсет рёбер ли или же высохшее от отлившей крови сердце. Она смотрит не на кровь на плече. Она смотрит расплывчато на вытянутую голову вытатуированного дракона.

Когда от усталости хочется содрать с себя шкуру, приходит спасение. В ненависти и ярости. В хронической злобе. В возвращающейся боли. И осознании: любое спасение временно.

— Тише, Гермиона, я не причиню тебе вреда… — Кто ты? Я знаю тебя? — Знаешь, — грустно сказал парень, — ты всегда все знаешь. — Я хочу тебя увидеть… — Нельзя. Просто чувствуй, — на выдохе произнес он и, наконец, коснулся губами ее шеи...

Впервые за очень долгое время ему было тихо.

На мгновение она почти расслабляется. Потому что эта война сломала Драко Малфоя, потому что он здесь не на своем месте, точно так же как и она, и — да, у него тоже есть шрамы. Даже больше, чем её. Ей становится интересно, смогут ли они однажды помериться размерами.

Гермиона втянула ртом воздух и открыла крышку унитаза, кашляя. Розовые лепестки усеяли белый ободок, и, если бы не приступ боли в грудной клетке, она наверняка бы в очередной раз поразилась. Нежно-розовый цвет, серьёзно? Он в последнюю очередь ассоциировался у неё с ним. Ей казалось, что она должна откашливать что-то вроде генлисеи — это бы идеально ему подошло. Никакой нежности.

После победы над Волан-де-Мортом Гермиона вместе с друзьями возвращается в Хогвартс. У нее много планов на будущее: стать министром магии, открыть первый университет для волшебников, продолжать бороться за права тех, кому в жизни повезло меньше. Вот только новый учебный год как-то сразу не задался. Гермиона уверена, стоит ей разобраться с надоедливым Малфоем, которого приставили к ней в наставники, а еще с яйцами неведомой фантастической твари, тут же все вернется на круги своя...

Он не может покинуть комнату. Её комнату. И виновен в этом лишь Орден. Он заперт в замкнутом пространстве с грязнокровкой, и чем-то придется пожертвовать. Возможно, рассудком. А может, и нет.

Гермиона всегда плохо относилась к изменам. «Если ты живёшь с любимым человеком — невозможно захотеть другого», — так думала она и была твёрдо в этом уверена.

Гермиону преследуют навязчивые сны, и она приходит к Драко Малфою в Азкабан, чтобы выяснить их природу. «Два фальшивых галлеона — вот и вся цена твоей памяти».

Что если полуночное нападение в переулке перевернет жизнь не только модного блогера, но и старшего детектива Малфоя, для которого место преступления - второй дом? Сколько лайков получит эта история в её блоге и сможет ли жертва преступления стать персональным инфлюенсером для циничного копа? На что можно купить полицейского, реально ли играть по обе стороны закона, оставаясь хорошим человеком и не сгорит ли Феникс в слепом огне любви? Жертвой может стать каждый: как преступления, так и любви

Что делать, если ты не можешь надолго отойти от человека, который тебя раздражает, дальше чем на метр? Что делать, если ты всё-таки нарушаешь это правило, и тогда тебе нужно срочно к нему прикоснуться, потому что в противном случае твоё тело пронзает боль похлеще, чем от Круциатуса? Что делать, если этот человек должен жить с тобой в твоём доме, пока твой лучший друг ищет способ снять с вас это заклятие?

Семь лет после битвы за Хогвартс. Волдеморт проиграл, но два крестража уничтожить не удалось. В Британии гражданская война, и в воздухе витает предчувствие надвигающейся катастрофы. Гермиона Грейнджер изучает магию и способы ее интеграции с магловской наукой, когда однажды вечером к ней домой заявляется Драко Малфой с оглушительными новостями.

Гермиона сидела в кресле перед слишком-мать-ее-спокойной Джинни и пыталась не разрыдаться. Она никогда не напивалась. Она ни с кем не встречалась. Она не ходила на свидания. Она не могла быть беременной. Это просто какой-то сюр. Чья-то шутка. Тупой розыгрыш. Но сканирующее заклинание от Молли Уизли только подтвердило приговор. Золотое свечение между тазовых косточек почти заставило ее упасть в обморок

Какой он? Мир после войны? Для Драко Малфоя это путь искупления, поражений и ненависти. Для Гермионы Грейнджер это дорога перемен, сомнений в правильности принятых решений, осознания себя. Две искалеченных судьбы. Два одиночества. Две противоположности. История непростых отношений, дружбы и любви потерянного поколения в послевоенном магическом Лондоне.