"Я не храплю. Мне снятся мотоциклы"(с) У Демира нет пока в Лондоне друзей. В преддверии Нового года, когда все вокруг такие радостные и суетливые, парень чувствует себя особенно одиноким и несчастным. Настроение опускается на дно из-за сложных отношений с отчимом. Как в такой неприятной ситуации вернуть себя себе? Как найти вдохновение и хоть какое-то желание пережить сегодняшний день? Может, могло бы помочь чудо? Такое, как в сказке. А вдруг. Лишь бы сказка не стала потом страшной...

Главный герой на пороге взросления шатается по плесневеющим квартирам, самовыражается через фотографирование неприглядных сторон жизни и пытается разгадать, отчего же сходит с ума его прекрасная муза. Судьбы людей решаются в телеграм каналах и на вписках посреди смертельно жарких, праздных летних дней.

Кейн возвращается в Лондон после службы, рассчитывая на две недели покоя. Вместо этого он встречает Реми — 18-ти летнего художника, звезду соцсетей и живое воплощение хаоса. Один — привык к дисциплине, контролю и четким правилам. Другой — не признает границ, играет с огнем и не боится обжечься. Между ними возникает то, что невозможно игнорировать — притяжение, которое сжигает все доводы разума. Семь лет разницы. Два разных мира. Одна встреча, после которой жизнь делится на «до» и «после».

Молодой эльф в результате политических передряг, попадает в наш мир. Там он знакомится с одним человеком, который помогает ему преодолеть трудности и вернуться домой… ✅

Общая проблема в виде недопуска к экзамену и общий враг в лице строгого преподавателя объединяют двух совсем разных людей. Мирослава, омегу из богатой семьи, и Костю, бедного альфу. Начиная вместе готовиться к экзамену, они сближаются, но родители выступают против их отношений. Им предстоит решить, что делать - остаться вместе, но быть отвергнутыми близкими или смириться и пойти на поводу у родственников.

Странноватый детектив, апатично плывущий по волнам ежедневной рутины, вдруг влюбляется без памяти в загадочного свидетеля по делу. Преступник встречает человека, который изменит его жизнь, но сперва заводит роман с его сестрой. На фоне — нечто отдаленно напоминающее тоталитарную антиутопию.

Следующим утром он, согласно традиции, взошёл на Камень Слова, высоко поднял младенца пред собравшимися соплеменниками и зычным басом провозгласил: - О’Шахр Терт. Так нарекаю его. Так тому и быть. Имя незаконнорожденного сына прозвучало из уст Баграра, словно плевок. Он дал понять, что ребенок признан, ему даровано родовое имя. Личное имя, выбранное ребенку отцом, тоже многое позволило понять всем жителям поселения. Терт. Никто, третий. Ненужный, бесполезный.