— И че вы тут, спрашивается, забыли? — поинтересовалась Абигейл, с недоверием уставившись на непрошенных гостей. Как бы жители цирка сосуществовали в обычной жизни? Крики. Полиция. Допрос. По случайному стечению обстоятельств и, наконец, услышав горожан, государственные органы закрыли цирк. Девушка проснулась в два ночи и лицезрела картину маслом: пятеро бездомных тварюг-людоедов, которые... пришли к ней жить.

Ложь правдой не станет, сколько её не крась. Она говорила себе так все время, но всё равно пыталась быть тем, кем не являлась.

Колумбина после смерти реинкарнировала в тело обычной девушки, что внешне полностью подходила под себя из прошлой жизни.

Невесомые касания в свете луны и шепот её имени. Пьеро был очарован и окончательно утонул в омуте её глаз. Его окутывает желание защитить свою розу, уберечь и подарить всю свою нежность. Сквозь пелену едкого дыма проглядывается искренность, которую кажется невозможным игнорировать. Она видит в Арлекино не язвительность, граничущую с яростью, а приятного компаньона и хорошего друга?

Арлекин - ваш первоначальный выбор. Что изменится, если посмотреть на оборот главы из страниц его книги?

Фф где Арлекин наконец проявил чувства к ггшке. Немного комфортика

Сколько бы она не пыталась, прошлое нагоняло ее в разных сферах. Казалось, всё теперь хорошо, но спокойствие нарушилось приезжим цирком, где были крайне странные актеры, которые заинтересовались ее особой, что стало опасной игрой, в которую она решила окунуться с головой.

Что заставляет хищников отчаянно пытаться накормить свою добычу, а не съесть ее? И добычу ли?

Ты видела слишком много, потому обитатели цирка не могут тебя так просто отпустить. Доброта и отзывчивость, однакое же, тебя спасли - живешь ты в цирке на "особых" правах благодаря вмешательству Пьеро на совете. Воспользуешься ли ты этими правами для спасения жизни или выберешь другой путь?..

– И всё же, мисс Эви сохранила мой билет? – бейсболистка взглянула на него через плечо. Высокий. Выделяющийся на фоне огромного стадиона своим неординарным, ядовитым костюмом. Весь его образ, слова выбивались из этой жизни, словно Арлекин – герой, сошедший со страниц мрачной сказки. Он наклонил голову привычно вбок, а одну руку убрал назад. «Как бы признавать не хотелось, но я бы с удовольствием нарисовала бы Арлекина в живую, а не по памяти», – но этого она никогда не скажет вслух.

Не выдержав, Пьеретта повернула голову к Арлекину, почти ласково говоря: – Прошу прекрати это, мне страшно… – Слезы стекали по ее щекам, оставляя две дорожки. Арлекин остановился, и осмотрел ее. Он кажется засомневался в чем-то, но спросил: – Чего ты боишься? – Их…– Голос Пьеретты дрожал, она взглядом указала сквозь Арлекина.