Флаффные моменты с Капитаном и Баном

Бан является уличным вандалом. Он кидает в школьников петарды, рисует граффити, бьёт чужие окна, ломает мусорные баки и плохо учится. Когда он переехал в большой и многонаселённый город, так просто отмахиваться от своих детских шалостей ему стало трудно, но тем не менее он продолжил заниматься вандализмом. За это дело взялся местный участковый-Капитан, решив наконец таки поймать хулигана и посадить в обезьянник, а лучше за решётку.

Эта весна удалась. Погода была прекрасной как и настроение Бана после встречи с Кэпом

Они прятались не от гостей,не от их потерь,не от бледного маньяка,что убивает одинокие души. Они прячутся от правды,от жестокости этого проклятого ими же мира.

В высокотехнологичной больнице МГМ молодой нейрохирург-трудоголик Капитан и влюбленный в него травматолог Бан проходят путь от ночных дежурств и подколов через камеры заведующего Макса и его зама Конни до робкого сближения и предложения.

Отли крайне сильно любит своего немощного, забывчивого принца. Странно что тот никак не хочет принимать его искренние чувства! И что, что он робот?

Отец-одиночка, едва сводящий концы с концами, находит спасение в недорогом дуплексе. Цена подозрительно низка, и вскоре становится ясна причина: ходят мрачные слухи о его соседе, которого считают психопатом-убийцей.

«Легко прощать тех, чьих грехов ты никогда не видел в лицо». Пока принцесса Ада строит свою хрупкую утопию на песнях и вере в лучшее, её отец задыхается от лжи, которая наводнила отель. Их конфликт достигает точки кипения, и Люцифер полностью отрезает себя от мира ангельским барьером. Пытаясь сломать эту золотую клетку, Аластор сталкивается с правдой, которую Владыка Ада веками нёс в абсолютном одиночестве.

Аластор во многом лучше Люцифера. Даже в отцовстве, оленина заплесневелая, умудряется обскакивать. Единственное, в чём, по наблюдениям, Аластор мог быть плох — отношения и секс. Отношения начинаются с дружбы, а то, что в Аду нет никаких друзей Люцифера не шибко-то волнует. Он привык быть тем, кто пользуется окольными путями. Отец Всевышний не даст солгать. Получится ли у них что-то? Замечательный вопрос!

Аластор привык замечать то, мимо чего проходят другие. Окна, силуэты, чужие слабости — всё это лишь часть ночного пейзажа. Чужая тайна может оказаться сложнее, чем кажется. А молчание — единственное возможное соглашение.