Они ненавидели. Цеплялись друг к другу, как кошка с собакой. Казалось, что воздух тяжелел, стоило им остаться в одном помещении. И каждый по-своему старался уколоть словами едкими, чтобы задеть за живое, ударить побольнее, когтистыми лапами сжимая душу. Не выйдет. Они не просто не сойдутся — их пути никогда не пересекутся по-настоящему. Даже сама Вселенная этого не допустит. Не допустит ведь?

И снова оно. Снова этот белобрысый придурок выплёвывает что-то на грёбаном немецком, чтобы Рома в очередной раз нихрена не понял и раздражался от этого факта лишь сильнее. Но на сей раз этот номер не прокатит, ведь рядом сидит их общий лучший друг, который, вот так удача, является немцем во плоти. – Что он сказал? — спрашивает Рома, злорадствуя внутри. – Что у тебя красивые глаза. И давится школьным чаем, не замечая, как этот самый друг тихонько хихикает себе в кулак.

Роме, прохлаждающемуся с переломом ноги, придётся придумать что-то новенькое, чтобы пообщаться с симпатичным парнем, работающим в кофейне напротив его дома.

Бяшины слова все еще не шли из головы: получалось, что Рома любит Полю. Это были интересные новости и Антон пока не понимал, как к ним относиться. На всякий случай пока что решил никакого отношения к этому не иметь. А то вдруг…

Они сталкивались так, словно пытались вырвать друг у друга не только боль, но и ошметки прошлого, которым давно пора было сгнить. Рома бил хладнокровно, решительно, оставляя на теле Антона следы, как клеймо за каждую старую обиду. Это была старая, вновь вскрывшаяся рана, которая не желала затягиваться. А все началось с того, что Антон вернулся туда, куда возвращаться ему явно не следовало.