Быть влюблённым в отца лучшего друга — неправильно. Прятаться за закрытыми дверьми, скрывать ваши отношения от близких и с каждым днём всё с большей ненавистью ловить взглядом обручальное кольцо на его безымянном пальце — тоже неправильно. Тэхён знает, что должен сделать: собрать вещи, покинуть дом Алигьери, забыть. Но Чонгук говорит: «Иди ко мне». И Тэхён идёт.

— в Северную часть Фавел даже не суйся, Тэхен, иначе тебя сожрут. Это улицы Джакаров.

— Что ты знаешь о боли? — он прислоняется к подоконнику, так нелепо смотрится в этой квартире с ободранными обоями в костюме от Бриони, с Ролексами на запястье, возвышается над прибитым к потертому полу парнем, как божество, но Эмиль точно знает, что он порождение Ада. — Благодаря тебе, я знаю о ней все. — Не преувеличивай, — усмехается, и даже шрам не портит красивое лицо, — несбывшиеся мечты не конкурируют по боли со сломанными конечностями, а разбитых сердец здесь нет. Разбивать нечего.

Наруто тридцать шесть. У него проблемы в семье и систематические завалы на работе. Единственное убежище — квартира Итачи, где можно выпить, высказаться и хотя бы на один вечер притвориться, что проблем не существует. Вот только когда жить к нему переезжает его младший брат, Саске, всё в мире Наруто становится в десять раз сложней.

Мне тридцать два, а ему вполовину меньше. Я за рулём, а ему приспичило грохнуться на пассажирское и начать знакомиться ни с того ни с сего. И хер знает, что в нём должно быть такого, чтобы я согласился.