Петр не верит в магию, предчувствия, приметы и все такое. Он очень сильно верит в Малинина и хорошо его знает. В том, что произвольная будет в пятницу тринадцатого, Гуменник не видит никакого жуткого сверхъестественного смысла. Петр изначально знал, что не выиграет. Теперь он видит, что Малинин не выиграет тоже.

— Мне нужно выиграть эти игры, и для этого мне нужны подавители. Потом я займусь своим здоровьем, обещаю, — выдавливает из себя Илья. Петр качает головой. Его растрепанные после сна волосы становятся еще более лохматыми и вызывают неистовое желание его за эти волосы оттягать. Чтобы поумерил свою альфость и перестал помыкать Ильей. ㅤㅤ — Потом будет чемпионат мира. Подготовка к следующему сезону. Другие старты. И так, пока ты на этом льду не сдохнешь.

От поездки в Л.А. с глупым признанием в любви до реального экзистенциального кризиса на фоне поражения. Является цельной историей в рамках правил. (сейчас выходят новые главы)

Разбиваться больно. Терять статус в чужих глазах – ещё больнее, особенно когда был лучшим. Илья знал это слишком хорошо: в один миг он потерял всё, к чему стремился, подвёл всех и остался ни с чем. Кажется, никто не способен понять его по-настоящему. Но тогда…почему чужие глаза приносят спокойствие? Почему в чужой улыбке он видит надежду? Почему он? Илья потянется к нему, как мотылёк к огню, вцепится как в последнюю надежду – и забудет, что крылья мотылька слишком тонки.