В Ёнджуне Бомгю не любил абсолютно все. Но больше всего то, что тому на Бомгю и его нелюбовь было абсолютно и тотально плевать.

— У меня был секс, и они ушли до того, как я проснулся, и я даже не помню, с кем, черт возьми, у меня был секс! Бомгю закричал в трубку.

— Ёнджун, послушай меня, — говорит Бомгю с серьёзным выражением лица. — Мне правда нужна твоя помощь. Это вопрос жизни и смерти... Бомгю никогда бы не попросил Ёнджуна об одолжении, но сейчас отчаянное время, а вы знаете, что говорят: в отчаянное время нужны отчаянные меры. Или, чтобы родители не сводили Бомгю с другими людьми, он просит Ёнджуна притвориться его парнем, пока они празднуют Рождество в доме его родителей.

Енджун скучает по своему лучшему другу. Он едет к нему в деревню, где выясняется, что он видит в Бомгю не просто лучшего друга.

Бомгю и не подозревал, как сильно нуждался в физическом контакте. Он окончательно убедился, что его язык любви — это прикосновения, после встречи с одним резковатым, но до ужаса тактильным тренером по танцам.