То, что выпало на долю этого Омеги, могло сломить даже Альфу. Но Чимин справился. Счастье всегда приходит к тем, кто не просто ждет, а упрямо вгрызается в эту жизнь. Судьба, наигравшись вдоволь, подарит этому Омеге того, кто сможет растопить сверкающий кусок льда, в который превратилось его измученное сердце.

Они все слишком... обычные, Чим, — выдохнул Тэхён, откидывая голову на спинку дивана и обнажая изящную шею. — Мне не нужно, чтобы меня просто любили. Мне нужно, чтобы меня разрушили и собрали заново, что втрахивали в матрас, чтобы насаживали на ствол резко и мощно, чтобы меня имели, а не я просил трахни меня, виеби меня, хочу чтобы на хую вертел, вообщем чтобы драли как последнюю суку. Но где такого найти, я согласен чтобы их было даже два, но только чтобы могли виебать до полуомрачного состояни

Феликс приходит в себя от адской боли, что разрывает его голову. Открывает глаза, промаргиваясь, и еле сдерживает крик, видя над собой высокий потолок из досок, который абсолютно не похож на натяжной в его уютной квартирке, где накануне он собрал маленькую компанию для настольной игры.

— Красивый… Какой ты сука — красивый… Наверное, пользуешься спросом? Да, шлюшка? Одной рукой удерживая сведённые над головой руки Кима и выцеловывая атласную кожу, шепчет Чон.

– Полагаю, – Чонгук делает небольшую паузу, чтобы глубоко вдохнуть. – Я бы хотел, чтобы ты просто приходил на мои рабочие мероприятия, смеялся над моими шутками и не поправлял людей, если они намекают, что мы занимаемся "этим". – То есть, занимаемся сексом, – мягко уточняет Джин. Вундеркинду из хедж-фонда и сертифицированно-неловкому гею Чонгуку нужен Sugar Baby, чтобы хвастаться им на работе, а объективно красивый человек Джин просто хочет уйти с хреновой подработки.

— Почему сразу двое? Почему нельзя выбрать одного? — Извини, Чимин, но мы так не можем. Ни один из нас своего не упустит, а прямо сейчас и Чонгук, и я очень хотим сделать тебя своим. |AU, где двое альф желают одного омегу, а тот решительно против. Но против он будет недолго

Три года — это тысяча ночей. Тысяча чужих рук на теле. Тысяча улыбок, которые ничего не значат. Он забыл, как выглядит океан. Забыл, как пахнет свобода. Забыл, что когда-то был не Лино, а просто Минхо. Но один человек запомнил цвет его настоящих глаз. И вернулся.

Быть альфой-оборотнем непростая участь, особенно, если до этого ты являлся обычным человеком. Однако изменить своим принципам и влюбиться в омегу оказалось сложнее, чем принять то, что ты уже часть другого мира.