Иногда самые продуманные планы рушатся в одно мгновение. Гермионе Грейнджер приходится столкнуться с этим, когда её хорошо спланированная жизнь даёт трещину. Единственным неожиданным союзником становится Драко Малфой - коллега, за сарказмом скрывающий больше, чем ей кажется.

Грейнджер ничуть не смутилась, продолжая на него смотреть. Медленно поднялась и отзеркалила его позу, поставив руки на стол. — И?.. — Она под стать ему приподняла бровь, демонстрируя крайнее удивление, сменяющееся раздражением. — Ты не перегрелся, Малфой? Может, наколдовать тебе льда? — Отколи кусочек от своего сердца, — не остался в долгу Драко.

Когда Министерство магии предложило довольно гениальное решение демографического кризиса — объединять молодых незамужних ведьм и волшебников с целью деторождения, Гермиона едва могла в это поверить. И она уж точно не ожидала, что первое предложение руки и сердца получит от Драко Малфоя. Но то, чего она не могла бы себе представить и за миллион лет — это то, что она… согласится.

Блики на волшебных картинах. Закат в пирамиде Лувра. Белые простыни. Античные статуи. Запах лаванды. Скалы амбиций. Ошибки и импульсы. Что она знает о мире? У нее прекрасная дочь. Ей нравится игристое блан-де-нуар.

Гермиона, в свои двадцать с небольшим, возвращается в Хогвартс, чтобы продолжить учёбу. Пытаясь заглушить шрамы войны, она проводит одну страстную ночь с неким чистокровным. Но эта ночь обернётся последствиями. Пока её личная жизнь рушится, серия загадочных убийств вынуждает Гермиону работать вместе с Драко Малфоем, у которого, похоже, немало тайн.

После войны Гермиона сделала всё правильно: вернулась в школу, стала целителем и исследователем, вышла замуж за Рона. Но кошмары не отпускают, а брак разваливается. С каждым днём она всё больше теряет себя в жизни, которую не выбирала. В попытке спасти отношения и доказать, что она всё ещё желанна, Гермиона идёт с Тео в закрытый клуб. Там она сталкивается не только со своими подавленными желаниями, но и с тем, кем она хочет быть на самом деле.

Драко Малфой висит буквально на волоске от смерти. Он полу-вейла, и, чтобы выжить, ему нужно найти свою пару. А Гермиона Грейнджер усердно трудится в Министерстве и работает над составлением нового законопроекта. И она ещё не понимает, что Малфой — волшебное существо, которому она нужна...

После трех лет отношений Рон признаётся, что два года изменял Гермионе с Дафной Гринграсс — и Гарри всё это время знал. Сломленная предательством тех, кого считала друзьями и семьей, Гермиона вынуждена заново собирать свою жизнь по кусочкам и находит неожиданную поддержку у Тео Нотта, Блейза Забини и Пэнси Паркинсон. Но что будет, когда Драко Малфой — её первая и единственная настоящая любовь — внезапно вернется в её жизнь? И что, если окажется, что чувства не угасли, а только стали сильнее?

Гермиона почувствовала, как в ушах снова зазвенело. Она увидит его впервые после Финальной битвы, когда он, исхудавший и растерянный, сидел за столом Слизерина в Большом зале вместе с матерью, сжимающей его руку. Она не собиралась его искать. Ни в коридорах, ни под белыми простынями, ни по дороге с Роном в Тайную комнату. И это означало, что она была лишь глупой девчонкой. *** POV Драко Малфоя из «Правильного решения». Вторая часть серии «Правильное/Неправильное».

Гермиона наслаждалась моментом, когда от нее ничего не хотели. Ни поздороваться, ни пожать руку в знак уважения, ни обсудить последние политические изменения. Тут она могла вдохнуть ледяную свежесть, не беспокоясь о том, что ей помешают. Но даже здесь ее нашли. В первый раз муж, во второй — Малфой. И она не знала, кому из двух была менее рада, и от этого внутри становилось еще омерзительней. «Знаешь, Грейнджер, я слишком долго держал это в себе».

Только когда Гермиона приносит Невиллу Лонгботтому и его девушке Ханне Эбботт бисквит с базиликом и клубникой, дюжину пирожков с ревенём — Луне и Ксенофилиусу Лавгуд и ещё одну корзину маффинов, покрытых ганашем, Дину и Симусу, она признаётся себе в том, что делает нечто особенное. Это настоящий тур по ПТСР. С выпечкой. И заварным кремом. Гермиона не имеет ни малейшего представления, зачем это делает, но чувствует, что это жизненно важно.