Я не отличаюсь силой характера, харизмой или отсутствием миллиона комплексов. Мое любимое занятие — это рефлексия, а прежде чем покинуть свою зону комфорта, я, пожалуй, застрелюсь. Он — это другое дело. Уверенный в себе, магнетический, почти что идеальный. Я боялся открываться перед ним, думая, что зигзагами своей психики сломаю ему мозг. Однако же я ошибся. Вышло так, что, попытавшись разобраться в наполняющих его жизнь странностях, я чуть не сломал себе психику.

Я замираю, глядя на это существо в нише. Не на тварь — на человека. И я знаю протокол. И мы, конечно, отбросы. Мы сосланы в десант, чтобы однажды сдохнуть на одной из этих ебучих планет. Но если сейчас его пристрелить — то чем мы лучше тварей тогда?

Твоя жадность, что сжирает тебя и меня. Твоя одержимость, которая туманит и без того мутный разум. Злость, что мутной и густой дымкой отравляет душу. Наверное, мы никогда не должны были встретиться… Вернуться бы в прошлое и пройти мимо друг друга, не смотреть в глаза, не разговаривать… Не должен был ты помогать моей матери тогда, не должен был я творить дичь, чтобы потом смотреть на тебя как на… спасителя? Героя?… Друга? Не похерились бы наши жизни сейчас. Не создавайте себе идолов.

В мире, полном разрухи, один смелый воин ищет свое предназначение, другой же бежит от него. Тёмные боги жестоки, но смогут ли они противостоять истинной любви?

Ну, в общем, ничего такого не случилось. Бежал на физ-ре, упал, потерял сознание, очнулся… и понял, чего же хотят люди. Причем прямым текстом. Ведь теперь я могу читать их мысли! И что-то мне подсказывает, что дело тут вовсе не в шишке на голове. Теперь мне вдруг кажется, что мои знакомые ведут себя очень странно.

На далёком Севере правит Хаос. И оборотни. Альфы медвежьего клана замешаны в убийстве федерального маршала, но какова их роль в запутанном деле? Изару предстоит это выяснить: он теперь главный охотник на нечисть в этом холодном краю. Садясь в свой кар, доверху набитый оружием, он и представить не мог, во что ввязывается. И уж точно не рассчитывал, что его решит прибрать к рукам самый опасный хищник северных земель. Только вот один нюанс: Изар и сам хищник опаснее некуда.

Рождественская история.

Я уткнулся горящим от стыда лицом в ладони и заскулил тихонько, как собака. Сука, я еще и текст такой накатал «…вот бы он меня так выебал…». Молодец, Макс, просто блеск. Скрывался лет с четырнадцати, прятал стояк подушкой, отворачивался, чтобы не пялиться так откровенно, качался, стригся коротко, лишь бы не походить на тех слащавых голубых мальчиков, лишь бы он чего не подумал обо мне, чтобы теперь одним сообщением, отправленным «не тому», все перечеркнуть. Все сраные восемнадцать лет дружбы.