Принятый в третьем чтении закон об эсперах гласит: любой человек с проявленными сверхъестественными способностями или дефектами от них должен быть немедленно отдан под трибунал во избежание непредвиденных катастроф. Тюрьма «Югэн» готова сдерживать одарённых любого уровня опасности, но никто не обещал, что запертые в её стенах эсперы не попытаются найти путь к свободе. || AU, в котором объявленные вне закона одарённые имеют физические дефекты, связанные с их способностями.

14XX год. Время, когда вампиры и прочие твари бесчинствуют, сея панику и хаос. Граф Накахара был уверен, что кровопийцы ужасны и безобразны в облике своём, пока однажды ночью не повстречал мужчину, появившегося за окном его покоев — неписанной красоты, прекрасного и… бледного, как сама смерть.

"Дазай не мог не перенестись на годы назад и не вспомнить лицо мальчика почти одного с ним возраста. Там, в Хакодатэ, остался этот миг их с Фёдором первой встречи, их первого разговора солнечным утром. Кто ж знал, что сейчас они будут сидеть вот так вот друг против друга в чужом доме и столь далеко от того места?" 80-90е годы XIX века. Силой случайных закономерностей Дазай и Чуя вынуждены оказаться на чужбине, угодив в вихрь судьбоносных решений, ошибок, любви и ненависти, прощения и наказания.

Историческое AU, Йокогама первой половины XX века. Не обделенный талантом Дазай Осаму по собственной воле занимается не самым благородным делом в области литературы - написанием рассказов и повестей для других людей, тем самым спасая самого себя от помешательства, вызванного своим же писательским даром. Покинув стены психиатрической лечебницы, где оказался после очередной попытки суицида, Дазай отчаянно цепляется за то, что, быть может, вытянет его из водоворота собственного безумия.

Как связаны между собой многочисленные смерти, форум шизофреников и то, что случилось в городе два месяца назад? Для Дазая это первый и главный вопрос. А что там творится между ним и Чуей… Ну, он подумает об этом когда-нибудь позже.  

Технически, во всём виноват Дазай. Чуя уверен, что ничего из этого бы не случилось, не будь Осаму самим собой. Точнее, не будь собой любая из его версий.

Дазай Осаму аж возвращает себе человеческий облик и, прижав настороженно уши к голове, вопросительно и – вот прям предчувствуя, что попал, хотя вроде как еще ничто не мешает обратиться обратно и драть когти, – с высоты своего роста таращится на ребенка, который при появлении пушистого комка шерсти сначала радостно взвизгнул, а теперь, когда шерсти стало чуть меньше, притих в восторженном изумлении, слабо подергивая своими черными крыльями. AU: Дазай-кицунэ/Чуя-тэнгу

Даже самым лучшим мафиози иногда нужен отпуск, поэтому завершивший миссию на Западе Накахара Чуя отправляется в небольшой круиз. Ночи в океане, всевозможные развлечения, алкоголь и никаких перестрелок: звучит всё просто прекрасно. Есть лишь одно «но»: от Осаму Дазая нет вестей уже больше полутора лет.

Под носом у мафии творятся странные вещи: кто-то явно пытается передать послание, убив обычного информатора. В дело втягиваются детективы Агентства, вскрываются подробности загадочной смерти, а Чую Накахару заботит немного другое. Когда в твоей голове рассуждает о смысле жизни божество, тут не до расследований. || AU, в котором у Арахабаки есть сознание и личность и они с Чуей ведут задушевные беседы.

Осаму Дадзаю всего двадцать два, но он, видимо, рождён гением, которого не понимает мир, раз предпочитает яркому летнему дню каникул прохладный и тихий морг своего дядюшки Огая Мори, методично колдующего над мёртвыми телами чуть ли не каждый день. Вот только если дядюшка узнаёт причину смерти очередного бедняги в процессе вскрытия, то Дадзаю даже не нужно смотреть на тело — ему обо всём рассказывают беспокойные души умерших, которых видит и слышит, к сожалению, только Дадзай.

В новом мире нет законов. Нет правил, нет морали, нет справедливости. В мире зомбиапокалипсиса только одна цель – выжить. Группа подростков начинает долгий путь в Токио, надеясь найти убежище, о котором все говорят. Однако надежда на спасение угасает с каждым днем. Япония заражена. Опасность подстерегает на каждом шагу. Безнаказанность порождает хаос и жестокость. Не так пугает мертвец, плетущийся по дороге, как живой человек, добродушно машущий рукой.

Пережив клиническую смерть, Осаму Дазай вновь возвращается к жизни. Для кого-то это дар свыше, а для кого-то - проклятие. Короткая экскурсия в царство мертвых не проходит для него бесследно.

О русалках и русалах ходят разные небылицы: одни опасаются, что вероломные создания от тандема Сциллы и Харибды заманивают моряков в воду и топят в пучинах вод; другие думают, что увидеть прекрасную деву или красивого юношу с рыбьим хвостом сулит удачу. Чуя не верил ни в одну из этих глупых сказок хотя бы потому, что ежедневно в его заливе повадился топиться Принц, которого Чуя доблестно спасал, а тот... опять топился.

Когда цветёт вишнёвый лепесток, я вспоминаю старое поверье: кто лестью в сердце ищет уголок, тот напрочь влюбится в вороньи перья. | AU, в которой Дазай — девятихвостый лис-кицунэ, Накахара — принц тенгу.

Совершенно заурядное, на первый взгляд, расследование в токийском квартале Асакуса едва ли должно было стать чем-то примечательным для Дазая в тот день, если бы не появившийся в том же месте Накахара Чуя: три года назад он покинул мафию, не разглашая причин, и теперь внезапно выныривает из гущи улиц, ведя за руку маленького мальчика. Такое событие сразу же затмевает все остальное, но только вот Дазаю еще невдомек, что оно потянет за собой и кое-что из давнего прошлого.

У Сакуноске Оды, старшего офицера Департамента полиции Токио, очень много работы. Годовой отчёт, неоконченные дела и в придачу — новый стажёр Накаджима Ацуши, любопытство которого не знает границ. Захватывающие события прошлого не дают Накаджиме покоя, и, поддавшись на уговоры, Ода рассказывает ему о самом главном деле в своей карьере — деле дуэта наёмных убийц, получившего имя «Двойной чёрный», которое он расследовал шесть лет назад.