Бен Кеноби проснулся в Храме, в возрасте тринадцати лет. Опять. Картинки: http://samlib.ru/img/z/zaharowa_n_a/klubneudachnikow/index.shtml

"— Лицемерно говорить о добре и зле, Сэм. Тебе хватило душевных сил простить ту, что отняла у тебя семью и хотела уничтожить все живое, но на меня, какая жалость, хваленого сострадания не нашлось. Вы оставили меня сходить с ума на Берегу и спохватились только сейчас, но уже поздно. Мой клинок оказался острее."

Приехав в Канаду, чтобы забрать свою дочь, Сэм никак не планировал замерзнуть к чертям. А Хиггс не собирался откапывать богатенького мажора. Никто никого ничего, а потом завертелось.

Когда я уезжал с проклятого острова, то намеревался оставить все то дерьмо позади. Тогда почему сейчас я смотрю в дикие глаза этого обдолбанного в хлам уёбка и не могу заставить себя вышвырнуть его за порог, как бешеную псину? [Сборник драбблов о Джейсоне и его (не)домашнем животном]

Кожа у Вааса горячая и липкая, его лихорадит, повязка намокла, Джейсон медленно отдирает её от живой, воспалённой плоти, миллиметр за миллиметром, прилипшая кожа натягивается, корка рвётся с хрустом, и он хохочет, когда Ваас начинает орать. Вытирает кровь бинтом и поливает сверху виски. Ваас хрипит и брызжет слюной, выгибается на старом матрасе, сучит связанными ногами. - Больно тебе? - радостно спрашивает Джейсон и вливает виски уже в себя. Хочется сунуть в рану палец и добавить: а так?