«Крошечная», - думает Филип, поднимая Нэю с земли и легко взваливая на плечо. Нэя остервенело вырывается, рычит, бьётся. «Как мотылёк в ладонях», - думает Филип.

Журавлиный сикфик

Кожа у Вааса горячая и липкая, его лихорадит, повязка намокла, Джейсон медленно отдирает её от живой, воспалённой плоти, миллиметр за миллиметром, прилипшая кожа натягивается, корка рвётся с хрустом, и он хохочет, когда Ваас начинает орать. Вытирает кровь бинтом и поливает сверху виски. Ваас хрипит и брызжет слюной, выгибается на старом матрасе, сучит связанными ногами. - Больно тебе? - радостно спрашивает Джейсон и вливает виски уже в себя. Хочется сунуть в рану палец и добавить: а так?

Смерть сту­па­ет че­рез по­рог, приг­нув кос­ма­тую го­лову, что­бы убе­речь­ся от при­толо­ки. Де­ла­ет шаг, дру­гой. Хрус­тят под гряз­ным са­погом ру­дые че­реп­ки, скри­пят ду­бовые по­лови­цы. У Смер­ти гла­за пус­тые и чёр­ные, как дно ко­лод­ца, а на ли­це си­зая тень.

Коротко на известную тему.